Книга Архивариус его величества, страница 248 – Светлана Шёпот

Ощущая тошноту, я присела на корточки и закрыла голову руками. Происходящее, несмотря на боль, все еще казалось сном. Возможно, мне следовало отреагировать как-то острее, но все, что я сейчас ощущала, – это какое-то душевное онемение.

— Эк мы с тобой не подумали, – расстроенно пробормотала бабулька, когда мы с ней столкнулись с очередной проблемой. – Что же теперь делать-то?

Помощь не заставила себя ждать. Вернулись соседи – муж с женой. Старушка немедленно принялась объяснять им ситуацию.

Пока они разговаривали, я отстраненно наблюдала за сидящим на лестнице котом. Его окрас напоминал мне Осириса, покинувшего нас давным-давно.

В памяти всплыли воспоминания, как в своей первой жизни я время от времени подкармливала уличных котов. Эта мысль натолкнула на другую. Я вспомнила, кем была старушка. Ее звали Верой Матвеевной. Она жила в доме напротив и так же часто кормила бездомных животных, отчего иногда ей даже приходилось ругаться с соседями.

Пока я находилась в отрешенном состоянии, мою дверь каким-то образом открыли.

Я, не обратив никакого внимания на сломанный замок, прошла внутрь. Вера Матвеевна посеменила за мной.

— Кровь надо бы стереть, – бормотала она, принимаясь суетиться.

У меня не было сил сказать ей, что мне хочется побыть одной. Все, на что я была способна сейчас, – это рухнуть на кресло и откинуться на спинку.

Вскоре к моей голове приложили мокрое и холодное полотенце. Подняв руку, я придержала его.

— Спасибо, – поблагодарила я сердобольную бабушку.

Скорую она мне все-таки вызывала, хотя я до последнего сопротивлялась. Почему-то мне казалось, что приезд медиков окончательно заставит меня поверить, что происходящее сейчас со мной – реальность, а не сон.

Мне поставили сотрясение и велели соблюдать постельный режим и отдыхать.

Когда все, наконец, оставили меня одну, я какое-то время сидела на кровати неподвижно, а потом спрятала лицо в руках и расплакалась.

Не было сомнений – я вернулась в свою первую жизнь. Туда, где я не была королевой, которая спустя пару лет после замужества открыла по всему Элендору множество школ и библиотек. Я больше не была той, кого почитали как Хранительницу знаний, принесшую королевству просвещение.

Мои дети и внуки остались где-то там, за пределами этой реальности, как и моя история с Вальгорном, продлившаяся более пятидесяти лет.

Я вновь была простым библиотекарем из провинциального городка, о которой никто не знал и не беспокоился.

Понимая, что нужно было взять себя в руки, я попыталась подавить охватившее меня горе, но получалось плохо.

Я ужасно боялась.

Не смерти, а того, что Вальгорн, дети и внуки окажутся не более чем плодом моего воображения, решившего сыграть злую шутку после удара по голове.

Я маялась еще пару часов, но после все-таки уснула тревожным сном. Мне снились близкие. Они горевали, но потом их жизнь постепенно начала налаживаться. Спустя некоторое время на их лицах вновь стали появляться улыбки.

Утром я проснулась с более легким сердцем, будучи при этом полностью уверенной, что та жизнь не привиделась мне. Я на самом деле прожила там долгие годы, а после смерти вернулась.

После принятия стало немного легче.

К обеду меня потревожил звонок. Звук телефона, от которого я успела отвыкнуть, напугал меня.