Книга Жена северного князя, страница 74 – Адель Хайд

С теми же кожевенниками поделилась идеей, попробовать делать бумагу из крапивы. Чем вызвала недоумённые взгляды, они-то из неё щи варили, свежая только пошла, а княгиня им про бумагу.

Объяснила, что для производства бумаги нужны только стебли, листья пусть в щи кладут. Стебли надобно перетереть, так чтобы волокна распушились и с мылом хозяйственным варить. Один из мастеровых вдруг идею мою подхватил, и сам сказал:

— А потом мы её, как вот эту кожу, разгладим.

Я не знала, чем и как они кожу разглаживали, но такой подход меня порадовал, посмотрим, может, что и получится.

Дала добро, и обещала щедро вознаградить, если на бумаге той писать пером получится.

* * *

Когда мне надоело ждать, я всё же попросила Ругенвальда отправить гонцов в Вышгород. Ну, если не дойдут из-за отсутствия дорог, значит, вернутся обратно. Отправить попросила надёжных людей, которым можно было доверять.

А через три дня они вернулись.

Я как раз с боярами обсуждала строительство гавани, потому как с открытием навигации в этом сезоне в два раза больше кораблей пришло. И когда я выходила, глядела на озеро, то можно было себе представить, что здесь какая-то парусная регата проводится. Столько кораблей стояло!

А это на самом деле была очередь, чтобы подойти к пристани на выгрузку.

Сначала услышала шум за дверьми, но по тому, как Буря спокойно сидела, было понятно, что там свои. Пёс удивительным образом, не видя, различал опасность.

Кто-то кричал:

— Куда в таком виде?

Отправила Ругенвальда разобраться, и вскоре он вернулся, а за ним шли гонцы, которых мы отправляли в Вышгород.

Гонцы были грязные с ног до головы, и уставшие. Сразу стало понятно, что не доехали они до Вышгорода.

Один из гонцов упал на колени. Я уже привыкла к тому, что они всё время на колени падают, и не обращала внимания.

— Княгиня-матушка! Спешили как могли! Едет! Едет князь Яромир! Завтра будет!

Меня как громом ударило! Я встала, а выпрямиться не смогла, дыхания не хватило, оно застряло в районе сбившегося сердца.

И вдруг почувствовала, что ноги меня не держат.

Что же такое? Я же знала, что он приедет. Я ждала его. Почему так реагирую?

Удержалась на ногах. Наконец, выпрямилась, и с достоинством, стараясь, чтобы голос звучал ровно и глубоко, произнесла:

— Хорошую весть вы мне принесли.

Кивнула слуге. Тот поднёс кошель. Вытащила из кошеля две золотые монеты, собственной чекануи, златники, и наградила.

— Идите. Отдыхайте, — отпустила гонцов.

После села на трон, и посмотрела на бояр.

— Ну, что, бояре, — сказала я. — Дождались мы с вами. Князь Яромир возвращается. Готовьтесь!

Мы с боярами уже проговаривали, что надо подготовить, чтобы было князю что доложить и показать.

Когда все разошлись, остался Коста Коснятин.

— Матушка-княгиня, дозволь слово молвить.

— Говори.

— Второй трон бы поставить.

Я даже сначала не поняла о чём он, а потом мне захотелось треснуть себя ладонью по лбу (рука-лицо жест), потому что я вдруг поняла, что вообще об этом не подумала!

— Спасибо, Коста, — с искренней благодарностью ответила я.

Представила себе, каково было бы удивление князя, войди он в зал, а тут один трон. И на нём уже я сижу.

Я посмотрела на обитый красным бархатом трон.

— Боюсь, Коста, за один день такой не сделать.

— Найдём, матушка-княгиня, — успокоил меня боярин.