Книга Жена северного князя, страница 100 – Адель Хайд

Ещё ювелир ей принёс изделия из литого янтаря. Их она тоже все попыталась забрать.

Но у Бецалеля ума хватило сказать, что это образцы, и что такие уже у многих есть, я почти смеялась, когда он мне рассказывал:

— Я, матушка-княгиня, так вашей сестре и сказал, что такой красивой даме буду делать уникальные, чтобы больше ни у кого таких не было.

А на следующий день после этого пришёл ко мне Торстейн, он почти каждый день ко мне в терем ходил, спрашивая, нет ли известий от Яромира, и я ему высказала:

— Средства, которые вы с супругой тратите сверх того, что на ваше содержание выделено, тоже в вашу задолженность перед Северным княжеством пойдут.

Сестричка, наверное, если не была беременной, сама бы тоже ко мне приезжала, потому что мне докладывали, что она Торстейну каждый день выговаривает, что я на золоте сижу, ем и сплю, а им, как бедным родственниками, с барского стола объедки кидаю.

— Она должна нам, Торстейн, — говорила сестра, — ты сдерживал орды Кнуда, а теперь она нам денег не даёт.

— Астрид, Ингирра ждёт ответ от супруга, — отвечал ей Торстейн, но сестру это не удовлетворило.

— Много она советуется с супругом, когда с купцами да боярами вопросы решает? И, вообще, напиши князю сам!

Про эти разговоры я знала, но не верила в то, что Торстейн решится сам князю Яромиру в Вышгород написать.

И, вообще, сумма, которую я выделила королевской чете, была посчитана исходя из тех затратных статей, которые у меня у самой были, сколько на такой дом слуг надобно, сколько еды, сколько на наряды. Ну, и убавила на пятнадцать процентов, посчитав, что когда ты в изгнании, то причин особо шиковать у тебя нет.

Но это мне так казалось.

Сестрица моя решила по-другому.

Посадник Павел, которого почти каждый день туда вызывали, рассказал, что теперь купцы сразу из моего княжеского дома в «малый княжеский дом» едут. И у них там всё покупают, не торгуясь.

Так что Торстейну я всё высказала, а он уж пусть сам со своей женой разбирается.

А у меня другие заботы были, потому как вскоре пришло известие из Вышгорода, что действительно, Яромир не успел даже переночевать. Собрался и с войском на восточную границу отправился.

А мне в Приладожье пришло письмо, писал Кнуд Великий. Письмо было адресовано князю Яромиру, и было в нём требования выдать Кнуду конунга Норгалии.

Кнуд намекал, что нет у него планов идти в Северное княжество. И он по-дружески относится к великому князю Северному.

Но если тот его врагов укрывать станет, то и дружбе придёт конец.

И стало мне понятно, что времени мало, надо что-то решать.

Глава 50

Инга

Письмо я написала князю, перечитала и… порвала. Хоть и жаль было дорогущую бумагу, но такое отправлять мужу я не хотела. Ещё бумагу взяла, второй раз написала — и снова порвала.

Никак у меня в голове не увязывалось.

Получается, что муж мой на войну поехал, а я ему вдогонку про вторую войну пишу, которая случится потому, что жена у него иноземка.

Если бы Ингирра не была шверийской принцессой, то вряд ли бы Олаф, король Шверии, отправил бы Торстейна с супругой сюда в Северное княжество.

В общем так ничего и не придумав, я собрала бояр.

— Дело такое, бояре. У нас с вами здесь и принцы ингалезские, и конунг Норгалии, и вот письмо от Кнуда, называющего себя Великим.