Книга Темные тропы, страница 49 – Джули Шэн

Харе стало не по себе.

— Дохён… всё в порядке? – тихо переспросила она.

Он лишь кивнул, криво усмехнувшись, и отвёл взгляд:

— Да. Просто не думал, что ты так можешь. Я рад… – Он хотел сказать что-то ещё, но замолчал.

Хара не стала настаивать. Она проследила взглядом за братом, когда он поднялся и достал телефон из кармана куртки.

— Сынмок-сыним, мы закончили. Да, всё нормально. Хорошо.

— Что он сказал?

— Нужно привезти девушку в храм. Дальше они разберутся сами.

Дохён больше не смотрел на Хару. Он аккуратно поднял на руки художницу и пошёл в сторону лестницы, не дожидаясь, пока Хара соберётся после ритуала. Она смотрела ему в спину и думала, что он, кажется, всё же не рад этому открытию.

Дохён стоял во внутреннем дворе храма, наблюдая, как монах Сынмок осматривал за ширмой девушку, которую они с Харой буквально полчаса назад вытащили из лап злого духа. Храмовый двор был тих и залит блёклым осенним солнцем. Хара стояла чуть поодаль, сложив руки на груди. Дохён вздохнул. Она провела там, на крыше, великолепный обряд, он не мог этого не отметить, но…

— Оставьте её здесь, – негромко сказал монах, поправляя тканевую ширму, чтобы прикрыть лежащую девушку от любопытных взглядов. – Я позабочусь о ней и объясню всё родственникам. Ваше участие в этом деле закончено.

Дохён, чувствуя усталость, кивнул. Он посмотрел на Хару: она тоже выглядела не очень. Было видно, что сестра сильно измотана и физически, и ментально после такого сложного дела.

— Поедем к Сонджу, – негромко сказал Дохён, когда подошёл к Харе и сжал её плечо. – Надо обсудить случившееся. И мне кажется, её советы сейчас пригодятся нам обоим.

Хара качнула головой:

— Я… не могу. Я и так прогуляла важные пары в универе сегодня, Мирэ прислала задания на завтра… Мне всю ночь сидеть придётся, да и после ритуала я, – она осеклась и прикрыла глаза, – я правда сейчас не потяну ещё что-то. Можно позже?

Дохён поколебался, но, взглянув на осунувшееся лицо сестры, понял: она еле держится на ногах. Он тихо вздохнул, смирившись.

— Ладно. Сначала поедем в лавку, вернём кинжал Уджину. А потом отвезу тебя домой, – ответил он.

Хара лишь молча кивнула, показывая, что другого ей сейчас не нужно. Стоило сестре прикрыть глаза, как стало видно, что у неё дрожат веки. Дохён, попрощавшись с Сынмоком-сынимом, повёл сестру к припаркованной машине внизу, у храма, стараясь не обращать внимания на шум в ушах. Бессонни ца, борьба с духами и беспокойство за Хару давили подобно прессу на нервы. Но расслабляться ему некогда, надо быть начеку.

Пока они ехали к лавке, Хара не сказала ни слова. Уже спустя пару минут её голова стала клониться на плечо, и когда Дохён посмотрел в её сторону, остановившись на очередном светофоре, увидел, что Хара уснула. Он убавил громкость радио и поехал аккуратнее, чтобы не тревожить её.

Когда они подъехали к Инсадону, солнце снова скрылось за тучами, а неприветливый ветер гонял по земле опавшие листья. Дохён какое-то время сидел, смотря на мирно сопящую сестру на пассажирском месте, и выдохнул:

— Крепкий сон. Завидую.

Припарковав машину, он осторожно вышел и, открыв заднюю пассажирскую дверцу, достал сумку, в которой лежала шкатулка с кинжалом.

— Вернулся, – негромко сказал Уджин, скользнув взглядом по Дохёну. – Я уж думал, ты сегодня не появишься. Как всё прошло?