Книга Осколки ангельской души, страница 45 – Людмила Черныш

— Никогда! Я умру раньше, чем помогу тебе! — Лириэль в отчаянии попыталась оттолкнуть его, но ее руки бессильно прошли сквозь его призрачное тело, словно сквозь плотный, холодный туман.

Валлакс медленно отступил назад, к центру комнаты, и его величественный облик начал терять четкость контуров, растворяясь в воздухе. Но его глаза продолжали светиться в наступившей тьме, как два умирающих фиолетовых солнца, прожигая ее насквозь.

— У тебя осталось всего восемь дней до финала, — сказал он, и его голос начал затихать, превращаясь в зловещий шелест ветра в сухой траве. — Восемь дней, чтобы осознать великую неизбежность. Академия падет не от ударов моих мечей или когтей моих слуг, а от своей собственной внутренней гнили, которую я лишь слегка потревожил. А ты... ты будешь стоять по правую руку от меня и с истинным наслаждением смотреть, как пламя бездны пожирает их лицемерные идеалы. Спи, моя прекрасная невеста. Завтра знамения станут еще отчетливее, а страх еще слаще.

Сияние исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив после себя запах серы и звенящую тишину. В камере снова воцарилась обычная тьма, прерываемая лишь слабым, болезненным светом далеких звезд, пробивающимся сквозь багровую дымку за окном. Лириэль обессиленно рухнула на колени, судорожно хватая ртом холодный, колючий воздух. Ее тело била крупная, неуправляемая дрожь, а на том месте, где ее подбородка коснулись пальцы Валлакса, кожа заметно потемнела, словно от глубокого химического ожога.

Она знала, что этот монстр был прав в самом главном. Маски спадали со всех без исключения. Академия, которую она когда-то в своих девичьих мечтах считала вершиной цивилизации и оплотом добра, теперь виделась ей лишь скопищем до смерти испуганных, мелочных людей, готовых без тени сомнения принести в жертву любого ради иллюзии собственного спасения. Визит принца оставил в ее душе черный, незаживающий след, который невозможно было стереть никакими молитвами.

Лириэль с трудом поднялась и подошла к узкому окну. Внизу, во внутреннем дворе академии, факелы ночных патрулей инквизиции метались из стороны в сторону, как испуганные, ослепшие светлячки. Эти люди искали врага снаружи, укрепляли засовы и чистили мечи, совершенно не понимая, что истинный враг только что покинул эту самую башню, оставив после себя лишь холод и осознание неизбежного конца.

Где-то в глубине лабиринта замка протяжно завыла вторая гончая, и ей мгновенно ответил многоголосый, торжествующий хор из глубин пустошей. Знамения стремительно перерастали в полномасштабное, необратимое вторжение. Лириэль прижала горячую ладонь к пульсирующей багровой метке на груди. Она физически чувствовала, как с каждой минутой в ней остается все меньше от той наивной девушки, которая когда-то умела плакать и верить в чудо.

Визит Валлакса был лишь прелюдией к великому финалу. Он показал ей ее будущее, и это будущее было соткано из холодного пепла и звездной пыли. Она понимала, что должна совершить последнюю попытку. Должна найти в себе силы предупредить Валериуса об истинной цели принца, даже если он снова прогонит ее с проклятиями. Не ради него самого, не ради его любви, а ради той крошечной, еще живой частички своей души, которая все еще помнила вкус настоящего солнечного света.