Книга Чужая истинная, или Хозяйка магической мельницы, страница 75 – Мона Рэйн

— Я постарался разузнать, рядом с кем приходится жить моей невесте. Тайрелл Эйгард — разочарование своих родителей. Красивая столичная жизнь, роскошные любовницы, одна за другой. Нет, я всё понимаю, моя истинная, бесспорно, прекрасна. Но ты ведь здесь не из-за неё, да?

И снова к моему ужасу Тайрелл не спешил оправдываться. Но он и не был похож на того, кто в этом нуждается. В его взгляде были уверенность и спокойствие.

— Теперь понимаешь, почему я боюсь оставлять тебя здесь, Айлин? — закончил мой жених.

Я кивнула.

— Спасибо, Дэйрон. Я думаю, теперь нам с Таем надо поговорить.

Услышав мой ответ, Тарк снова вспылил. На скулах заиграли желваки, взгляд сверкнул сталью.

— Не веришь мне? Я найду способ тебя уверить.

Он вышел наружу, хлопнув дверью, и мы с Таем остались наедине.

Тайрелл

Разговор с Кайрексом только укрепил в нём дурацкую надежду. Это казалось Змею почти невозможным, но что если всё же… Что, если Лин — не истинная этого надменного Дэйрона Тарка? Что, если на самом деле… Нет, это было слишком невероятно, но Тайрелл всё равно не мог перестать об этом думать.

Ураган помешал обстоятельному разговору с Лин. В тот момент ему было плевать на весь мир, пусть бы он горел в огне. Ещё меньше ему хотелось, чтобы в Ларитоне узнали о его присутствии. Но дракон, умевший переносить и ментальное воздействие, и боль, не смог долго выдерживать умоляющий взгляд девушки.

И даже ураган, помешавший им поговорить, всё равно послужил в пользу его невероятной теории. Присутствие Лин делало Тайрелла сильнее. Его способностей хватило на то, чтобы остановить смерч, но справиться со стихией получилось только, когда она оказалась рядом. И потом, помогая Лин восстановить разрушенное, Тайрелл ощущал, как между ними словно протянулась некая общая ниточка. Замечал, как они понимают друг друга без слов, а их чары сплетаются, усиливая друг друга.

К тому времени, как они вернулись к мельнице, Змей чувствовал себя полным безумцем. Потому что кому ещё может прийти в голову мысль о том, чтобы объявить чужую истинную своей?

Но на следующее утро, когда он собирался всё выяснить, ему пришло послание — срочный вызов в Драконий Суд. Змею предстояло лично выдвинуть свои аргументы против главенства Рейны. Ужасно не вовремя, учитывая, что возле Лин каждый день тёрся этот подозрительный дракон, имя которого будто вымарали из всех архивов империи.

Тайрелл был уверен, что девушку тянуло к нему, а не к тому, кто называл себя её женихом. И когда Змей зашёл в мельницу, чтобы ещё раз увидеть своё сокровище и предупредить об отлучке, он не ожидал обнаружить, что Тарк уже изо всех сил старается оборвать ту тонкую связь, что объединяла их с Лин.

Обвинение её жениха попало точно в цель. Недоверие в глазах девушки убивало, но Змею некого было винить кроме самого себя. Это он не понял, что перед ним любовь всей его жизни. Принял свои чувства за обычное влечение, хитрил и скрывал своё имя, свои мотивы. Это было его слабое место, и подлец Дэйрон ударил прямо в него. А теперь вместо того, чтобы объясниться, нужно было спешить на заседание суда. Как будто Тай — трус, сбегающий от справедливых обвинений.

Если он проиграет в борьбе за главенство, Рейна может навредить его Лин. Но если он уйдёт сейчас, чтобы отстоять своё, то потеряет её доверие. Внутри себя дракон горько усмехнулся. Выглядевший поначалу слабаком Дэйрон оказался достойным противником. Знал Тарк или нет, но своими словами он загнал Змея в ловушку.