Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 99 – Мия Рия

Опустила взгляд на палец и полюбовалась своим кольцом — точнее, его заменой. Лют уговорил меня сделать татуировку вместо классического ювелирного варианта, и я согласилась. Тонкая серебристая линия с мерцающим узором обвивала фалангу, переливаясь при каждом движении. Мне нравилось, что я решилась на это — я чувствовала себя такой смелой, такой… новой.

— Ну как я выгляжу? — спросила я, кружась перед зеркалом, чтобы рассмотреть наряд со всех сторон.

— Эпично, — коротко ответила Ракета, виляя хвостом. — А главное, тату — это безопасно. Никаких тебе магических колец с родительским контролем, никаких скрытых протоколов. Только ты, твой выбор и немного чернил.

Мама вытерла платочек у глаз — казалось, она вот-вот расплачется от умиления. Бабушка, стоя рядом, очень строго наставляла Темерьяна:

— Смотри у меня, старый ты демон, — сказала она, тыча в него пальцем. — Чтобы всё было как надо. Ни одной ошибки, ни одного сбоя. Алиса должна получить свой праздник, понял?

Темерьян кивнул с серьёзным видом.

Бабушка удовлетворённо кивнула, но всё равно бросила на него ещё один предупреждающий взгляд — мол, я всё вижу и у меня есть трость с встроенным электрошокером.

Я улыбнулась. В этой сцене было что-то до смешного трогательное: столько всего за плечами — и всё это ради того, чтобы сегодня я стала женой Лютомира.

— Готова, — ответила я, глядя прямо в глаза Темерьяну. — Готова к своей сказке. Пусть будет немного безумной, немного опасной, но моей. И с правильным хеппи-эндом.

Лира в последний раз одёрнула кружево на рукаве, Ракета одобрительно кивнула, мама шмыгнула носом, а бабушка, наконец, смягчилась и подошла ко мне, чтобы поправить локон:

— Будь счастлива, внученька, — прошептала она. — Пусть твоё замужество действительно будет как сказка.

— Бабушка! — рассмеялась я. — Будет. Ведь Лютомир у нас главный сказочник! Сочинит нам такую, что ни в одной книге не найдешь!

*****

Темерьян улыбнулся и засиял, как начищенный медяк. Я посмотрела вниз — и у меня захватило дух.

Внизу, через открытую дверь самолёта, я увидела тысячи огней, которые складывались в надпись «Л + А = любовь», а вокруг — мерцающее сердце. Это было так невероятно, так по-детски трогательно и в то же время грандиозно, что не верилось своим глазам.

— Помнишь, когда мы пили медовуху, — весело произнёс Темерьян, — ты сказала, что никогда не прыгала с парашютом и не ходила на вечеринки? Так вот, держи и парашют, и вечеринку. Вернее, не вечеринку, а фестиваль. Ты разве не знала, что Кощеи — спецы по фестивалям?

— Да уж, наслышана, — улыбнулась я. — И про фестивали, и про гусли…

— Не гусли, а аномальный ритмогенератор, — поправил Темерьян с важным видом. — Баба-Яга — та ещё затейница. Кстати, она тоже здесь. Вернее, там, — он указал вниз. — Главная распорядительница, как-никак.

Я рассмеялась — от радости, от страха, от предвкушения и от всего сразу. Сердце билось так часто, что, казалось, вот-вот вырвется из груди.

— И что, мы приземлимся прямо туда? — я указала на огни внизу.

— Да, — кивнул Темерьян. — Прямо на сцену. — Он взглянул на часы и добавил: — Пора.

Я на мгновение засомневалась, но улыбка сама собой вернулась на лицо. Сделав глубокий вдох, я шагнула вперёд.

Парашют раскрылся с лёгким хлопком, и меня подхватил поток воздуха. Ощущения ни с чем не сравнить: свободное падение сменилось плавным парением, ветер свистел в ушах, а внизу расстилался огромный город, переливающийся огнями.