Книга Развод в 40. Агентство развлечений попаданки, страница 52 – Ирина Манаева

Горбун берёт бусы толстыми пальцами, переворачивает их раз, другой, смотрит на свет, а потом через увеличительное стекло.

— Боюсь, редкости в них нет, - выносит вердикт, пытаясь сбить цену. Но я знаю: он лжёт. - Работа простая, камень так себе, - играет на моих нервах.

— Так себе? – спокойно спрашиваю. - Это ручная огранка, и камень чистый, без единой трещины. Сколько же вы готовы дать за украшение?

Он лениво поднимает глаза, пытаясь определить минимум, на который я могу согласиться, чтобы он не остался в проигрыше.

— Двести акатов, - делает первую ставку.

— Вы мне казались человеком дела, - разочарованно качаю головой.

— Назови свою цену, - предлагает мне.

— Тысяча!

Он смеётся через силу, и я уверена, что думает, как поступить. Потому что выпускать товар из рук не намерен.

— Высокого же ты мнения об этой побрякушке.

— Я знаю её истинную цену, и она в несколько раз дороже той, то озвучила я.

— Они не стоят столько.

— Или же просто вы не готовы мне дать этого?

— К тому же, кто знает, вдруг ты украла украшение, - сжимает бусы в кулак, и у меня обрывается всё внутри, когда понимаю, что он может обозвать меня воровкой, и ему поверят, поскольку такие могут договориться с местными властями.

— Вы прекрасно понимаете, что оно принадлежит мне.

— Или же ты украла его у собственного мужа, - попадает в точку, растягивая улыбку. – Давай так. Я даю тебе семьсот акатов, и мы в расчёте.

Скачок с двухсот резкий, но я намеревалась получить не менее тысячи.

— Восемьсот моя последняя цена, - ещё повышает ставки.

— Идёт, - соглашаюсь, потому что это в три раза больше того, что предлагал мне другой ростовщик.

Горбун заставляет меня написать расписку в получении средств, потому что считает, что я могу вернуться и обвинять его в воровстве, а потом ухожу, спрятав часть монет в корсет, остальные же зажимаю в мешочке и держу в руках.

Шум рынка снова врывается в сознание, когда оказываюсь на улице.

— Он ничего тебе не сделал? – интересуется Аура. Кажется, из них она самая воинственная.

— Всё в порядке. Можем заниматься закупкой провизии и арендой телеги.

— Если вы обзавелись монетами, я бы не отказался принять свою долю сейчас, - протягивает руку Торхес. – Хотелось бы прикупить себе кое-что.

Вытаскиваю нужную сумму, отсчитывая каждому. Потом торгуемся до последнего и грузим провизию на телегу. Ловлю себя на мысли, что постоянно озираюсь в поисках Эвериана, но его нет.

Проезжая мимо таверны, решаю заглянуть внутрь. Вдруг Гроссопер там, и у него есть новости касательно документов.

Хозяин сразу узнаёт меня, впрочем, как и рыжая, что тут же летит стрелой, но не для того, чтобы предложить столик.

— Эвериан уехал на несколько дней, - успевает сказать хозяин, прежде чем на меня обрушивается шквал мерзких слов от Барты. – Да успокойся ты! Иди работай лучше, - тут же остужает её пыл тавернщик. – Извиняйте, ничем не помогу больше.

Благодарю его, выбираясь на улицу. Усаживаюсь на гружёную телегу, провизии на которой нам должно хватить по меньшей мере на три недели, и едем обратно в Графлинг.

Глава 37

Мы добираемся до дома уже под вечер. Солнце скатывается за горизонт, окрашивая небо в золотисто-алые тона, телега скрипит так, будто сама устала от дороги. Мужчины принимаются разгружать мешки и корзины, таскают их в дом. Проверяю, чтобы ничего не забыли: мука, соль, немного масла, овощи, крупа, вяленое мясо, сыр и выпечка. Теперь придётся готовить не только на себя, всё же у меня работники.