Книга Проклятие на всю драконью голову, страница 56 – Юлианна Винсент

— Еще громче ори про капсулы, идиотка! — зашипел мой “горе-папаша”, сверкая на меня злобным взглядом. — А то вдруг еще не все в курсе нашего маленького семейного бизнеса!

“Бинго! — ликовала я про себя. —Проговорился! Значит, они в деле”.

— А я говорила тебе, что она облажается, — тут же встряла “мамаша”, презрительно скривив губы. — Даже дочка мусорщика и то лучше бы справилась.

“Это они сейчас про Дафну? Неужели мелкая тоже в этом дерьме замешана?” — этот вопрос пронзил меня, как удар ножа. Надеюсь, что я ошибаюсь.

— Да ты же знаешь, что этот идиот принципиальный, — ответил мужик, закатывая глаза. — Он скорее сдохнет в нищете, чем позволит дочке расплачиваться за свои долги.

“А ты, значит, не принципиальный? — ядовито подумала я, глядя на эту парочку ничтожеств. —И кто, после этого, из вас двоих больший идиот?”

— Ладно, с ректором понятно, — вновь переключился на меня “папаня”, словно я была надоедливой мухой. — Но какого дрыша ты полезла на дочку хозяина?

“Кого? — я чуть не поперхнулась слюной от удивления. —Хозяина? Этот крысоподобный — хозяин? Какие интересные подробности!”

Интересно, этот Ниббл и есть тот загадочный "он", который отправил за мной головорезов в лес? Или над ним еще кто-то стоит? Чувство, что есть кто-то еще, не давало покоя. Кто-то, кому выгодно "травить" безмагов.

“Вот только зачем?” — возник очередной вопрос без ответа.

— Куда ты дела ту партию, что достала в лесу во время испытания? — процедила сквозь зубы "мамаша", прожигая меня взглядом, полным ненависти.

“Значит, участие в испытании тоже не случайность”, — сделала я себе мысленную пометку, стараясь не выдать своих мыслей.

— Ее забрал ректор, — ответила я, стараясь говорить как можно увереннее, свалила я всю вину на ящера.

— Тьфу, — “папаша” с отвращением сплюнул мне под ноги, чуть не попав на мои ботинки. — Безмозглая! И чему тебя только учат в этой академии?

“Ну, явно не тому, как качественно прятать наркотики в чулках и не попадаться чешуйчатым ящерам!” — язвительно подумала я, сдерживая рвущийся наружу сарказм.

— Хозяин дал новую партию, — тихо проговорила "мамаша", открывая свой потрепанный ридикюльчик и доставая из него бархатный мешочек.

Я протянула руку, чтобы взять предлагаемое, но “папаша” вдруг выступил вперед, схватил меня за грудки своими грязными руками и, обдав гнилым дыханием мое лицо, от которого меня чуть не вырвало прямо на него, прохрипел, глядя в глаза:

— Если ты еще раз облажаешься, я собственными руками задушу тебя, поняла?! Не заставляй меня жалеть о том, что мы вообще забрали тебя из приюта!

“Ах, вот оно что! Так вот, в чем дело! Значит, Элис тоже детдомовская, как и я, и к этим алкашам не имеет никакого отношения. Ну, почти!” — почему-то внутри стало немного радостно от этой мысли.

Я посмотрела в его пропитое лицо, лишенное каких-либо моральных принципов, и меня передернуло от омерзения.

Поняв, что больше никакой полезной информации мне от них не добиться, я решила, что вполне могу дать волю ярости, которая бурлила внутри меня последние двадцать минут.

Я схватила “папаню” за его грязную руку и, с неведомо откуда взявшейся силой, стала отводить ее от себя, выворачивая ее на излом. Внутри меня все кипело. Я ощущала себя котлом, наполненным раскаленной лавой.