Книга Завтра я стану огнём, страница 49 – Евгения Александрова

Арнеина провела по волосам снова и снова и, наконец, улыбнулась своим глазам в отражении. Она делала это иногда, когда вспоминала наставницу из ордена дарханов, мудрую и при этом жёсткую. Смотреть в свои глаза. Долго. Не отводя взгляда, не уходя никуда мыслями. Осознать, что она есть, она существует в этом воплощении. Она – продолжение рода матери и отца. Она лучшее, что было в них обоих. И она достаточно сильна, чтобы подарить новую жизнь, раз так распорядились боги.

* * *

В столице Иввара стремительно холодало, всё шло к середине осени, и говорили, что грядёт одна из самых холодных зим за последние двадцать лет. Но здесь, в столице, было теплее, чем у неё на родине: там ветер иногда сносил с ног, а метель не позволяла неделями покидать укрытие, и камин топили долго и тщательно, чтобы огонь не угасал ни на мгновение.

Арнеина смотрела в окно экипажа, следуя в одну из самых богатых и известных школ для одарённых детей со своим обязательным визитом. Это было то дело, что она выбрала своим особым предназначением – заботиться о чужих детях, наставлять их на верный путь, вдохновлять своим примером.

Все эти годы она так твёрдо верила, что своих детей у неё никогда не будет, и упрямый древний инстинкт так и подталкивал дарить нерастраченную любовь тем, кто, прямо скажем, о ней не просил.

Сиркх смотрел на её увлечение с лёгким снисходительным одобрением, хотя сам радел за открытие как можно большего количества образовательных академий – обучение магии и наукам, просвещение, стремление к развитию тела и духа он ставил превыше всего.

И он всегда был так спокоен из-за принятого решения, что иногда это больно кололо под сердцем. Неужели ему действительно всё равно? Неужели он никогда не воображал, как это – воплотить в жизнь маленькую версию себя? Кого-то столь похожего на тебя, что даже не верится, что так бывает.

Арнеине всегда говорили, что она внешне очень похожа на отца. Она – его наследие. Кровь от крови. Она должна была – нет, не должна, обязана – не дать его крови угаснуть и не позволить стереть его след с лица земли.

Чем дольше Арнеина давала себе размышлять об этом, тем больше ужасалась тому растущему внутреннему противостоянию, которое почти двадцать лет держала в узде. Но наконец они прибыли.

Древнейшая школа ордена дарханов, что находилась на окраине столицы, встретила одобрительным гулом. Все ученики, – а здесь учились дети от десяти до восемнадцати лет, – выстроились перед императрицей стройными рядами и почтительно кланялись, пока она шествовала по двору старинного особняка.

«Посмотрите на неё», – доносился несуществующий шёпот.

«С императрицей что-то не так», – казалось, вторили стены особняка.

«Она скрывает страшную тайну. Она хочет погубить нашего императора», – кололи её брошенные исподволь молчаливые взгляды.

Войдя внутрь, Арнеина сорвала тёплую, укутывающую голову шаль и медленно выдохнула. Никто не узнает её тайну раньше времени, а когда срок придёт – она обязательно что-нибудь придумает.

Арнеина, потерев чуть озябшие ладони, позволила магии течь быстрее и распалила внутренний огонь. Ей всегда легко удавалось управлять телом, заставлять себя дышать ровнее или торопливей, согреваться в мороз или успокаивать стучащее сердце в жаркие летние месяцы. Хотелось бы надеяться, что она сохранит эту способность и дальше.