Книга Завтра я стану огнём, страница 115 – Евгения Александрова

Но следом отвлеклась и получила удар под колено – и рухнула на землю.

Ударилась виском так, что зазвенело в ушах. Кажется, я попыталась встать, но всё вокруг потемнело до кровавой пелены.

— Эй! Живая, что ли? – прозвучал рядом голос.

— Нормально, – слабо отозвалась я светлому пятну над собой.

Кажется, Ильхас. Голова закружилась, когда я поняла, что меня взяли на руки и куда-то понесли, но дурнота накатила снова, и всё потемнело.

В какой-то момент один светловолосый северянин сменился другим. Бьёрн? Да что вообще происходит? Я приподнялась на локтях, но голова плыла как в тумане.

— Это сотрясение, тебе надо лечь обратно.

Прищурив глаза, я всё же разглядела обстановку. Я оказалась в своей келье, судя по вещам и свету из окна, но на улице стемнело, наступил вечер.

— Что ты здесь делаешь? – Мой голос звучал как несмазанная телега, пришлось откашляться.

Бьёрн, сидевший рядом на постели, оглянулся на дверь, будто задумался: действительно, что? Я попыталась сглотнуть, но во рту было сухо, как в пустыне.

Конечно, он же целитель. Пусть не единственный в Сеттеръянге, но, должно быть, тот, кто уже несёт за меня ответственность. Вполне логично. Но как он тут… появился?

— Кто-то уже рассказал? – прошептала я.

— Нет. У нас с тобой особая ментальная связь с первого прикосновения, – серьёзно сказал Бьёрн, и я моргнула: его образ ещё немного плыл перед глазами. Но очертания его лица в свете светильника и без чёткости казались хорошо знакомыми: блеск серых глаз в тон серебристым колечкам в ушах, красивый подбородок и губы в лукавом изгибе. – Ты разве не чувствуешь?

Это правда? Он чувствует всё, что со мной происходит?..

— Шучу, – успокоил меня Бьёрн и протянул кружку, склонившись так, что я ощутила запах его кожи, тихо стукнулись деревянные бусы об амулет на шее с круглым символом Четырёх богов. – Держи воду.

Я приподнялась на локте, сделала несколько медленных глотков, чувствуя, как от этого снова шумит в ушах, а каждый глоток отзывается судорогой мышц в горле.

Кажется, чтобы видеться с Бьёрном, мне надо получать ранения. В первый раз это были шторм и пожар на корабле, во второй – ссадина, в третий – сотрясение.

В четвёртый мне придётся сломать себе руку или рёбра?

Слишком дорого, пожалуй, обходятся свидания с целителем. Но только сейчас я поняла, что страшно скучала – даже по его шуточкам и по его насмешливому тону.

Я хотела усмехнуться, но было больно в висках, и я закашлялась и откинулась обратно на высоко поднятую подушку. Если так лежать, то мир перестаёт кружиться и становится более чётким.

— Почему ты злишься на меня, Кейсара? – спросил он, разглядывая моё лицо, оставаясь сидеть рядом.

— А ты не понимаешь? – Я подтянулась чуть выше.

Он улыбнулся. О, оказалось, я скучала именно по его улыбке. Она была тёплой, хоть и дерзкой иногда. Может быть, во всём виноваты глаза – они смотрели не так, как у Ильхаса. Он казался взрослее не на пять лет, а на все десять. Смотрел так проницательно, прямо, завораживающе. Без вызова, но с пытливым интересом и тем светом, сияние которого чувствовалось на уровне сердца. Тёплый блеск стали… Опасный именно своей теплотой и прямотой. Когда кажется, что эта сталь никогда не ударит тебя, только защитит.

— Я вижу твои эмоции, но они так огненны и сложны, что я могу ошибиться.