Книга Дочь севера. Исцеление дракона, страница 84 – Ирина Ардо

Теперь я могла позволить себе расплакаться, стать той Далией, которую пришлось запереть глубоко внутри, дабы Драгонхолд не понял, что здесь есть чем поживиться.

— Эта ночь была слишком долгой, — прохрипел отец, прижимая меня к себе. — Духи предков вернули мне тебя! Вернули мою девочку.

— Папа, что там? Далия…

Услышав звонкий голосок, я подняла голову и увидела своих сестёр.

Две пары льдисто-голубых глаз смотрели на меня, как на духа, вернувшегося из-за грани.

— Девочки, — я протянула к ним руку, но это и не требовалось.

Во мгновение ока они облепили нас с отцом и принялись зацеловывать меня, заваливая вопросами, которые не удавалось расслышать из-за всеобщей суматохи.

— Быстро в дом, — беззлобно пожурила сестёр, как в прежние времена. — Или мне снова вас лечить?

Отец дёрнулся, словно очнулся ото сна и пробормотал:

— Что же это я… Конечно, все внутрь, скорее.

И меня уже практически затащили в родные стены, но пришлось отстраниться и напомнить всем об Ингвальде, который всё это время спокойно стоял и смотрел на горизонт.

— Папа, это… Ингвальд, — не знала, как представить его правильно. — Он привёл меня домой. Мы можем позволить ему ненадолго остаться у нас?

— Ингвальд, значит, — несмотря на радость встречи, он прищурился и внимательно оглядел непрошеного гостя. Затем сделал несколько шагов вперёд и положил ладонь дракону на плечо. — Ты вернул мне дочь. Я перед тобой в долгу.

— Боюсь, вы не совсем понимаете, что произошло, — Оден почтительно склонил голову. — Если позволите стать вашим гостем, то услышите полный рассказ и поймёте, что долг есть лишь у меня.

Лайри и Селли заинтересованно высунулись из-за отцовской спины и испуганно пискнули, узнав в чужаке драконьи черты. Похоже, что вопросов станет ещё больше.

— Проходи. Моё имя Савей, и наш дом всегда будет рад твоему приходу.

Оказавшись в безопасности и тепле, я моментально разомлела. И всё же принялась осматриваться.

За прошедший год практически ничего не изменилось. Просторный сруб из смолистых брёвен, потемневших от времени и дыма, очаг, по-прежнему отгонявший холод и являвшийся сердцем дома. Запах дичи и рыбы ударил в нос и пробудил чувство голода.

Вот только трав не было. Я всегда засушивала и хранила различные составы, закупоривала отвары. Перед своим уходом я сделала всё, чтобы их хватило года на два минимум. Однако все полки и стены были пусты.

— У нас что, была эпидемия? — первым делом я подскочила к шкафчикам и принялась проверять там, но опять же ничего не было. — Папа?

— Да. Мы справились, — сухо ответил он и пригласил нас к столу.

Селли, младшая из нас троих, подошла и тихо прошептала:

— Через два месяца поисков отец… немного вспылил.

— Он уничтожил все мои запасы?!

— Раздал, — она прикусила нижнюю губу и стыдливо отвела глаза. — Почти всё.

Понятно…

К столу подойти боялась. После тюремной стряпни и долгого путешествия я совершенно отвыкла от нормальных ужинов.

Сразу было видно, что сегодня за стол отвечала Лайри. В отличие от нас с Селли она всегда была крайне аккуратна и педантична: ни единой лишней крошки, ножи с костяными рукоятями и ложки, вырезанные лучшим мастером деревни, лежали, словно их специально по дощечке выравнивали.

У сестры всегда это получалось так легко и непринуждённо… Иногда мне казалось, что папа совершил ошибку, выбрав меня в качестве следующего вождя. Вот уж кто способен поддерживать порядок мягко и ненавязчиво, так это Лайри.