Книга Проклятый принц и моя большая заноза, страница 51 – Леон Монтан

— Проси меня, Ева, — прошептал он, нависая надо мной, его грудь касалась моей груди. — Назови меня своим господином. Признай, что ты сломлена, что ты принадлежишь мне.

Я ненавидела его в этот момент, и я любила его до потери пульса. Моя гордость, моя хваленая независимость рассыпались в прах под тяжестью его черного взгляда и его пульсирующей плоти внутри меня.

— Да... — всхлипнула я, глядя в его бездонные глаза. — Да, проклятье! Я твоя! Я сломлена! Ты мой господин, мой владыка, мой монстр... Только, умоляю, не останавливайся! Возьми меня!

Удовлетворенный, дикий рык вырвался из его горла.

Теневые путы на моих запястьях мгновенно исчезли.

Мои руки взметнулись вверх, впиваясь в его плечи, притягивая его к себе с нечеловеческой силой.

Раэлар обрушился на меня, как лавина. Теперь он двигался с такой скоростью и яростью, что грань между болью и удовольствием стерлась окончательно. Мы превратились в один клубок из бледной кожи, крови, пота и первобытной магии.

Зеркала вокруг нас начали трескаться от резонанса нашей силы. Амальгама покрывалась паутиной морщин, не выдерживая выплеска темной эльфийской энергии и моего хаотичного ведьминского резерва.

— Ева! — его голос перекрыл звон трескающегося стекла.

Он обхватил меня за талию, приподнимая, вдавливая меня в себя так глубоко, словно хотел сшить наши тела воедино.

Оргазм ударил меня, как прямой удар молнии.

Я закричала его имя, сжимая его бедрами, содрогаясь от мощнейших, разрывающих на части спазмов. Из моей груди вырвался столб белого света — моя собственная, неконтролируемая магия, ответившая на его тьму. Свет ударил в ближайшее зеркало, разбивая его вдребезги.

Раэлар зарычал, вбиваясь в меня в последний раз. Его огромное тело напряглось, как натянутая струна. Он излился в меня потоком раскаленного жидкого огня, содрогаясь в моих руках, утыкаясь лицом в мою искусанную шею. Его рычание перешло в хриплое, загнанное дыхание.

Осколки разбитых зеркал медленно оседали вокруг нашего ложа, переливаясь в призрачном свете, словно снег из алмазов.

Мы лежали, сплетенные воедино, не в силах пошевелиться. Мое сердце билось с такой силой, что мне казалось, оно проломит ребра. Раэлар всей своей тяжестью лежал на мне, но я не хотела, чтобы он отодвигался. Я гладила его по растрепанным серебряным волосам, чувствуя, как его темная магия, теперь успокоенная, лениво ластится к моей ауре.

Он медленно приподнялся на локтях, глядя на мое лицо.

Его глаза снова стали фиалковыми. Зверь насытился и уснул, уступив место мужчине, который смотрел на меня с непередаваемой, болезненной нежностью.

Он провел большим пальцем по моей щеке, стирая сажу и пот. Затем его взгляд опустился ниже, на мои плечи и шею.

Моя кожа была усеяна багровыми отметинами, синяками и засосами. Ранка от его укуса на ключице уже затянулась благодаря его магии исцеления, но оставила маленький, аккуратный шрам в виде полумесяца.

— Я причинил тебе боль, — тихо произнес он, и в его голосе проскользнула тень раскаяния. Он погладил метку от своих зубов. — Мой зверь... я предупреждал тебя, что он не знает пощады.

Я слабо усмехнулась, перехватывая его руку и поднося ее к своим губам. Я поцеловала его мозолистую ладонь.

— Если бы я хотела нежности, я бы не связалась с тобой, ваше высочество, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Ты показал мне, кто ты есть, и знаешь что? Твой зверь мне нравится гораздо больше, чем тот высокомерный придурок, который читал мне нотации о морали сквозь стекло.