Книга Практика у Повелителя Смерти, страница 24 – Леон Монтан

— Щиты Корвуса впереди, — не оборачиваясь, произнес жнец. Его голос был сухим, сосредоточенным. Владыка переключился в режим полководца. — Помните план, Софья. Вы не делаете ни шагу дальше линии горгулий.

— Да помню я, — пробормотала Соня, поправляя воротник своей пострадавшей хирургической куртки. — Встать, посветить своей душой, подождать, пока клюнет. Никакой самодеятельности.

Они миновали разрушенную арку. До центрального входа в черный собор оставалось метров двести. Воронка из украденных душ выла над шпилями, вращаясь с тошнотворной скоростью.

И вдруг всё изменилось.

Тени, мирно лежавшие у подножия обломанных колонн, внезапно ожили. Они не просто отделились от камня — они вырвались из него с пронзительным, режущим слух визгом. Пространство исказилось, воздух мгновенно промерз до состояния сухого льда.

Засада.

— Назад! — рявкнул Мортимер.

Из мрака соткались с десяток фигур. Они напоминали людей, но их конечности были неестественно вытянуты, а вместо лиц зияли гладкие черные маски с единственной вертикальной щелью. В руках они сжимали клинки, с которых капала густая, светящаяся зеленоватая слизь.

Ассасины бездны. Элитные цепные псы жнецов.

Они атаковали абсолютно бесшумно, скользя над землей.

Мортимер шагнул им навстречу, заслоняя Соню. Его коса описала широкую, ослепительную дугу. Лезвие разрубило сразу двоих противников. Те рассыпались в прах без единого звука, но на их место тут же прыгнули еще четверо.

Начался танец смерти. Владыка двигался с запредельной скоростью. Его плащ превратился в смертоносные крылья, отбивающие удары, а коса пожирала тьму, оставляя после себя лишь пепел.

Соня, повинуясь инстинкту, отскочила за поваленную колонну. Она должна была быть наживкой для главаря, но эти твари явно не собирались брать пленных.

Бой длился секунды, но для Сони время растянулось. Она видела, как Мортимер методично уничтожает врагов. Он был неуязвим, божество смерти в своей стихии.

Восемь из десяти ассасинов уже стали пылью. Девятый рухнул, пронзенный древком косы.

Десятого не было видно.

Интуиция, обостренная до предела, взвыла сиреной. Соня резко обернулась.

Десятый ассасин не атаковал Мортимера. Он всё это время полз по стене разрушенной часовни, слившись с камнем, и теперь падал прямо на Соню сверху. В его занесенной руке блестел кинжал, сочащийся ядовитой зеленой скверной. Он целился точно в грудь, туда, где сияла нить жизни.

Соня инстинктивно вскинула руки, понимая, что не успеет уклониться.

— Соня!

Рев жнеца разорвал пространство.

Совершив пространственный скачок, владыка Смерти материализовался прямо перед ней в ту же долю секунды, когда ассасин нанес удар.

Мортимер не успел поднять косу для блока. Он просто закрыл её своим телом.

Раздался отвратительный влажный хруст.

Кинжал ассасина, усиленный темной магией пробивания щитов, с размаху вошел в левый бок жнеца, пробив вороненый доспех как фольгу. Острие вышло с другой стороны, остановившись в миллиметре от щеки Сони.

Владыка Смерти даже не дрогнул. Не издавая ни звука, он свободной рукой перехватил горло ассасина и сжал пальцы. Тварь захрипела и мгновенно обратилась в черный пепел, который осыпался на плиты. Кинжал, лишившись хозяина, с мерзким чавканьем выпал из раны и со звоном ударился о камень, мгновенно проплавив в нем дыру.