Книга Ловушка для сверчков, страница 134 – Владимир Медведев

— Может быть, не страшно, если разорвет? Может, не надо бороться?

Хратов озадачился:

— Как так?

— А пусть разрывает.

— Это почему же?

— Ну предположим, разорвет вас на доктора Джекила и на мистера Хайда. Днем будете жить праведно, ночью – злодействовать. И совесть терзать перестанет. Если терзает, конечно…

Я не без злорадства заметил, что ему это предположение не понравилось. Он помолчал, затем сказал:

— Вот и поговорили. Пойду, пожалуй…

Я не стал его удерживать. Начатую бутылку он унес с собой. Бокалы оставил.

Неужто и впрямь на дружеский разговор надеялся?

Наблюдатель

Идея приходит Даниле Квону во сне, то есть не совсем во сне, а во время мертвого часа, когда он валяется в постели, а мысли блуждают сами по себе. Обычно он содержит мысли в строгости, но тут они разбредаются, как овцы, в разные стороны, и он машет на них рукой: не гоняться же за каждой и ловить. Он расслабляется и вообще перестает думать. Так ему, во всяком случае, кажется. И вдруг из неясного облака выплывает мысль настолько ясная и простая, что Данила удивляется, как это она раньше не пришла ему в голову. Он поворачивается к Карлу, матрас которого лежит по соседству, и шепчет:

— Спишь?

— Сдурел? – тоже шепотом спрашивает Карл. – Кто же днем спит?

— Слушай, я тут подумал…

— Вываливай…

— Бронетранспортер, – шепчет Данила.

— Хорошее слово, – одобряет Карл. – Длинное. Только мысль очень короткая. Хотя танк был бы еще короче. Подумай о чем-нибудь подлиннее, к примеру об атомном ледоколе.

Данила с трудом сдерживает возбуждение.

— Ты не понял! Я серьезно. Подумай сам: бро-не-транс-пор-тер!

— Подумал.

— И что думаешь?

— То, что ты сказал, то и думаю.

— По-твоему, получится?

Похоже, Карл начинает сердиться:

— Данька, говори прямо или думай молча.

— Мы можем уехать на бронетранспортере, – шепчет Данила.

— Лучше улететь на самолете.

Данила всерьез обдумывает это предложение. Похоже, у него серьезные проблемы с чувством юмора. Хотя, возможно, он просто отказывается шутить на серьезные темы.

— Не выйдет, – решает он наконец. – Самолет здесь не взлетит, и у нас нет самолета. Хорошо бы вертолет, но у нас нет вертолета. А главное, никто из нас не умеет его водить.

— Да, с воздушным шаром было бы проще.

— Карл, я серьезно. У нас есть бронетранспортер. Стоит во дворе.

— Нет, воздушный шар лучше, – шепчет Карл. – Им управлять проще: дернул веревку и полетел. Даже я смогу. А в БТР ноги до педалей не достанут. Ты лучше спи, Данилка, чтоб дурные мысли не мучили.

— Кирилл Максимович! У него ноги до педалей достанут, – шепотом восклицает Данила и тут же грустно добавляет: – Он машину водить не умеет.

Карл резко садится.

— Я умею.

Данила хмыкает.

— Не веришь? – спрашивает Карл. – Мой фатер купил списанный бронетранспортер и гонял на нем на рыбалку. Ну и я с ним. Спрашивал, а он мне все объяснял про управление. Не хотел, чтобы я чувствовал себя ущербным… Как бы подразумевал, что когда-нибудь я сам сяду за руль. Так что про управление этой хреновиной я знаю больше, чем многие водилы.

— Класс! Сядешь рядом с Мастером и будешь говорить, на какие кнопки нажимать.

— А про солярку ты не подумал? Горючка нужна и заряженный аккумулятор. А этот, что во дворе стоит, – он просто для красоты. У него, может, даже двигатель снят, – говорит Карл, ложится и отворачивается от Данилы.