Книга Жертва и другие, страница 148 – Алексей Макеев, Николай Леонов

В это время в Москве директору музея позвонили. Незнакомый женский голос предложил вернуть обе скрипки за три миллиона долларов. Параллельно в редакцию газеты «Московский комсомолец» неизвестные прислали фото похищенных инструментов.

Гурова и Крячко Орлов уполномочил вести переговоры, притворившись сотрудниками музея. Но новоявленные Бонни и Клайд (а уже было очевидно, что подельники — пара, мужчина и женщина) оказались весьма «продвинутыми» преступниками. Они всегда пользовались разными таксофонами и говорили не больше трех минут, поэтому муровцы никак не могли засечь говорящих. Похитители звонили по очереди, то мужчина, то женщина. А мобильная связь в стране на тот момент времени была редкостью, массово она появилась только пять лет назад, а пока сотовые телефоны имели либо бандиты, либо предприниматели.

В этот день Гуров и Крячко, как всегда, ждали звонка от похитителей, находясь в музее. Было принято решение запросить у грабителей доказательства того, что инструменты действительно подлинные. Это давало возможность потянуть время во время разговора и увеличивало шансы на то, что похитители тоже настоящие и скрипки у них и правда на руках, поскольку, опять-таки благодаря гласности, воспользоваться ситуацией могли любые мошенники, решив срубить с государства денег по-легкому. Когда уже оперативники собрались уходить, телефон зазвонил.

— Сумма готова?

— Пока вы не предоставите доказательства наличия у вас подлинных скрипок, ни о каких суммах разговоров не получится.

— Хорошо, мы перезвоним через два часа.

Спустя два часа похитители и правда позвонили и назвали оперативникам номер ячейки автоматической камеры хранения на Белорусском вокзале, в котором находились доказательства. Муровцы понимали, что в ячейке может быть все что угодно, вплоть до бомбы, поэтому соблюли все правила предосторожности.

Внутри оперативники обнаружили видеокассеты с изображением скрипок, письмо и кронштейны, на которых экспонаты были закреплены в витринах музея.

Довольно быстро специалисты подтвердили, что на видеокадрах настоящая Страдивари и скрипка Штайнера. В письме повторялось требование выкупа в три миллиона долларов. Финал письма поразил Гурова и Крячко, автор послания писал: «Иду на сделку с вами лишь потому, что искренне хочу, чтобы скрипки остались в России».

Посовещавшись с Орловым, оперативники решили устроить похитителям ловушку. Во время очередной телефонной связи им пообещали выплатить запрошенную сумму, сказав, что деньги находятся в ячейке депозитария одного из банков. Воры согласились, но в банк никто не пришел… Что-то пошло не так. Да и звонить больше никто не стал, хотя Гуров с Крячко еще неделю дежурили в музее. Следствие было приостановлено. А буквально через месяц из Государственной публичной исторической библиотеки было похищено 296 раритетных книг, в том числе старинные рукописи.

Руководителем группы опять был назначен Лев Гуров, он отправил оперативников во все букинистические магазины и в отделы редких книг антикварных магазинов. Буквально через три дня в один из таких магазинов пришла девушка, которая принесла пять книг из списка пропавших раритетов. Гуров выставил дежурных, и через неделю уже пришел молодой человек с очередной партией книг. Гуров дал ему возможность продать их и с группой оперативников отправился вслед за парнем, проводив прямо до дома. Как только он вышел из такси, муровцы его задержали.