Книга Амурские волки, страница 34 – Коллектив авторов

Старик Алехин, когда сыновья рассказали ему результаты своей поездки, сурово взглянул на них и сказал:

— Болваны! Зачем это вам топить-то его понадобилось?

— А как же? Не мошенничай! – попробовал возразить Степан.

— «Не мошенничай!» А ты не подумал, что тебя обход мог остановить: что везешь?.. Да ежели бы у тебя в кошевке-то мертвое тело оказалось?! Что тогда?! Да и теперь шуму наделали, огласка в народе… Дураки! Таких пустяков не можете сообразить… Топить повезли… Тут не тайга, а город… Все может случиться! – ворчал старик.

Сыновья, повесивши голову, вышли от отца и пошли спать.

Утром рано Василий Алексеевич куда-то уехал и возвратился только поздно ночью. Лошади были взмылены и поводили боками. Видно было, что старик сделал неближний путь. Он выглядел усталым, но довольным. А на другой день к Алехину подъехали трое китайцев, видимо купцы – жирные, лоснящиеся. Они спросили у дворника, дома ли «сам старик»? Но Василий Алексеевич еще утром рано предупредил дворника, что если днем приедут три китайца, то его дома нет: по делу уехал и возвратится только вечером, часов в семь.

— Пусть к этому времени и приходят! – закончил свои наставления старик. – Я ждать их буду.

Дворник так и сказал китайцам, хотя Алехин в это время был дома и, по-видимому, ничем не был занят. Китайцы уехали, а вечером уже при огнях опять приехали. Их тотчас провели к Василию Алексеевичу. В большой комнате горела одна лампочка, тусклая, едва мерцавшая.

Алехин, не теряя времени, вынес из соседней комнаты мешочки с «золотом» и поставил на стол:

— Вот смотрите!

Китайцы развязали мешочки и внимательно рассматривали «золото». При плохом освещении оно было как настоящее.

— Сколько тут? – спросил один китаец.

— Пуд тридцать восемь фунтов.

Цена, по-видимому, была заранее обусловлена, так как один китаец заявил:

— У нас столько денег нет.

— Заплатите две трети, а остальное через месяц. Я вас знаю.

Китайцы поговорили между собой, что-то долго считали и затем все трое полезли в карманы за бумажниками. Через минуту на столе лежало три кучи разнообразных русских кредиток. Старший китаец сосчитал каждую кучку отдельно, потом соединил все в одну огромную пачку, еще три раза пересчитал и передал Алехину.

Тот быстро пересчитал кредитки, раскладывая отдельными кучками по тысяче в каждой. Оказалось ровно двадцать кучек и две рублевки.

— Верно?

— Верно.

«Золото» пошло по четыре рубля за золотник. Китайцы забрали мешочки и вышли. Алехин проводил их до ворот. А когда они сели в сани и отъехали, он обратился к дворнику и сказал:

— Этих китайцев больше ко мне не пускай.

— Слушаюсь.

Китайцы потом долго приезжали и приходили к дому Алехина, но им говорили:

— Дома нет, уехал.

А когда они очень надоели дворнику, то он стал просто гнать их от ворот.

На другой день после истории с Кудеяровым весь город толковал о поддельном золоте. Каким-то образом обывателям были известны все подробности. Откуда все узнали, все раскрыли? Необъяснимая вещь. Кудеяров и Алехин ничего не говорили. Пьяная компания и извозчики только и слышали от Кудеярова бессвязное обвинение в ограблении у него двадцати тысяч рублей и о намерении утопить его. Но и это они забыли тут же как несуразную болтовню пьяного человека. Все участники компании, не исключая извозчиков, не меньше других удивлялись, когда им рассказывали подробности операций с поддельным золотом. Известны были даже имена китайцев, купивших первый раз «золото», и имена китайцев, купивших второй раз то же «золото».