Книга Темные углы, страница 31 – Меган Голдин

— Конечно, – уверенно ответила Рэйчел.

— Вы делаете нам большое одолжение. После того как все закончится, мы должны встретиться. Выпьем по паре стаканчиков, и я смогу поблагодарить вас за то, что вы так хорошо потрудились, – быстро добавил он, чтобы приглашение не было истолковано превратно.

— Вы можете поблагодарить меня по телефону. Или по электронной почте, – нервно улыбнулась Рэйчел.

— Могу, – согласился он. – Но так гораздо веселее.

Он не смог сдержать улыбки. Его одолело странное ощущение, словно он надел давно не ношеные туфли.

Имя Рэйчел Кролл впервые всплыло, когда в лаборатории расшифровали сообщение, написанное Бейли во время его встречи с Мэддисон. Мартинес немедленно поручил одному из своих высококлассных аналитиков собрать всю необходимую информацию о Рэйчел. В предоставленном ему файле было множество статей из новостей и журналов о ней. Большинство из них были лестными. Некоторые обвиняли ее в том, что она разжигает национальную одержимость настоящими преступлениями, чтобы создать свой бренд в качестве подкастера.

С того момента, как Мартинес встретил Рэйчел у входа в тюрьму, он убедился, что она была гораздо большим чем сумма статей о ней в СМИ. Что касалось ее по-интимному хриплого голоса, о котором говорилось в одной из статей досье, то он должен был признать, что рецензент был до ужаса точен в этом замечании. Единственное, что упустил рецензент, – это то, что сексуальный голос Рэйчел Кролл не имел ничего общего с остальными ее достоинствами.

— До свидания, Джо. Увидимся на той стороне, – сказала Рэйчел, следуя за охранником.

Мартинес стоял в сторонке, засунув руки в карманы брюк, и смотрел, как Рэйчел и охранник исчезают в коридоре. Он верил, что Теренс Бейли не может представлять для нее угрозы. Не сейчас, когда до конца срока осталось два дня. Бейли был слишком умен, чтобы рисковать продлением своего пребывания в тюрьме.

Мартинеса беспокоило то, что произойдет после того, как Бейли выйдет на свободу. Он надеялся, что, найдя Мэддисон, его команда нароет что-нибудь, что свяжет Бейли с ее исчезновением. Даже намека на улику было бы достаточно, чтобы Мартинес получил судебное решение держать Бейли в тюрьме, погрязшей в юридической волоките, пока он не предстанет перед судом по новому обвинению. Рэйчел никогда не будет угрожать опасность.

Тюремный оперативный отдел представлял собой длинную комнату с мониторами разных размеров вдоль всей стены. Тюремные офицеры сидели за столами перед экранами и внимательно следили за передвижениями охранников и заключенных по территории тюрьмы. На самом деле они часто одним глазом следили за мониторами, а другим – за экранами своих телефонов.

Мартинес направился к главному столу, где на стуле с высокой спинкой сидел Торрено, держа в руках кружку с кофе. На одном из двух больших мониторов перед ним отображалась запись с камеры видеонаблюдения в зоне для посетителей блока. Они откалибровали углы наклона камер так, чтобы получить четкий снимок лица Рэйчел и Бейли во время их встречи. Мартинес хотел проследить за тем, как Бейли ведет себя при встрече с Рэйчел, и проанализировать язык жестов, на изучение которого он потратил всю свою карьеру.

Заключенные, которых признавали неопасными (к ним относился и Бейли, поскольку его собирались освободить) встречали своих посетителей в переоборудованной камере для неопасных заключенных на первом этаже блока. Она напоминала гигантскую львиную клетку из тех старых времен, когда в зоопарках были решетчатые вольеры. Внутри длинного прямоугольного помещения стояли круглые металлические столы, за которыми заключенные встречали своих посетителей, а охранник ходил между ними, следя за тем, чтобы не произошло ничего предосудительного.