Книга Температурная кривая, страница 48 – Фридрих Глаузер

Да?.. Я записываю… Номер БС 3437… Бьюик… Гараж Американского агентства. Маленький мужчина, худой, кожа лица желтая, синий плащ, шерстяной шарф… первого января в восемнадцать часов… Вернул сегодня в пятнадцать часов… В сопровождении дамы… Спасибо… Да… Шофер такси Адриан сказал, что вчера ночью он посадил священника в белой монашеской рясе на центральном вокзале Базеля, чтобы отвезти в Берн… В двадцать один час… Багаж?.. Хлебный мешок…

Шофер говорит, его удивило, что у мужчины даже носков не было, хотя он имел при себе много денег… Деньги в хлебном мешке, хорошо… Несколько сотенных купюр… Нет, ничего особенного. Но я считаю необходимым провести аутопсию тела отравившейся газом Клеман-Хорнусс Жозефы, вдовы, Шпаленберг 12. Судебный химик должен сделать анализ желудка и кишечника на содержание барбитуровой кислоты… Барбитуровой… Снотворное средство, если так понятнее… Как Вам удалось все это так быстро найти?.. Так, так, да, это старая шутка, у него была борода. Вероятно, мы Бернцы показали Базельцам, что мы внимательнее, хотя и медлительнее, хехехе… Квартира на Шпаленберг?.. Зачем ее охраняют? Ну, делайте, как хотите… Квартира оплачена до первого апреля? Так… Спасибо…

Штудер оперся щекой на руку и пристально смотрел на промокашку. Там он изобразил, сам того не замечая, горы, и горы были похожи на температурную кривую. Промокашка выглядела беспорядочно исчерченной, но нижний угол еще оставался белым. И в это свободное место вахмистр начал пририсовывать человечков: круг – голова, вертикальная черта – тело, две горизонтальные линии – руки, две косые – ноги.

Он долго пристально смотрел на свой рисунок и размышлял. Потом он пробормотал:

— Итак, что мы имеем…

И человечки начали танцевать. Они танцевали как тени на листе, тени во времени, тени в пространстве…

Коллер или Клеман? Клеман или Коллер? Человечек на листе танцует, кланяется. Теперь он стоит прямо. Борода, очки в стальной оправе, в руке молоток и зубило. Он роняет и то, и другое. А теперь он падает сам. Коллер, студ. фил., Клеман, доктор философии… Упал и оказался на больничной кровати. Хватает табличку с температурной кривой, которая висит над его головой, и начинает писать. Он пишет, долго пишет: «… в железной кассете закопано в месте, которое легко можно будет обнаружить с помощью приложенного документа…» Он закрывает глаза… Братская могила! – Но нет! Вот он сидит на кухне, тасует карты, раскладывает их… В верхнем ряду, на первом месте – пиковый валет! Человечек кланяется, ложится, становится плоским и ползет на промокашку.

Якоб Коллер, поднимайся!.. Магазины – модные магазины… Выбирает шубу, покупает замшевые туфли, шелковые чулки… Стоп! Это сюда не вписывается! Это ничего не дает. Мари поднялась. Она идет рядом с Якобом Коллером, она живет с ним в одной квартире… Он? Прямые белокурые волосы, гладко выбрит… Слава Богу, теперь он остался один. Он стоит в большом зале, вокруг него кричат, и Коллер Якоб кричит громче всех. – «796 – я покупаю… 800 – я покупаю!» – Крики, крики! Потом наступает тишина. Коллер Якоб расплющивается, промокашка глотает его тоже.

Туман, туман, туман. Тени в тумане. Маленький мужчина, большой мужчина. Машина БС 3437 катится по столу, но это не стол, это мост Кирхенфельзен. Нужно ли поставить сюда Мари? Нет. Она сидит в машине. Туман, туман, туман.