Книга Белые розы Равенсберга, страница 145 – Евфемия фон Адлерсфельд-Баллестрем

— Зигрид! – воскликнул он, дрожа. – Что вы здесь делаете? Вы же погибнете!

Казалось, она его не слышала. Ее остановившийся взгляд был направлен вдаль, в бушующее море, брызги которого обдавали ее; ветер шевелил длинные светлые волосы, дождь заливал ее струями, но она ничего не замечала, будто была из камня.

— Зигрид, идите в дом, – попросил Спини испуганно и обхватил ее рукой, чтобы оттянуть под защиту крыши. – Зигрид, услышьте меня! Пожалуйста! Ух! – вздрогнул он. – Какая непогода! Как будто на волю вырвалось все адское отродье!

Тут она ожила и захохотала на диком ветру, так пронзительно и негармонично, что это подействовало Спини на нервы.

— Я сюда вышла сразиться со всем этим адом, – сказала Зигрид жестко и, рывком высвободившись, поспешила обратно в замок. Спини ничего не оставалось, как последовать за ней по мокрым следам.

— Когда я мог бы без помех поговорить с вами, Зигрид? – спросил он, догоняя ее. – Мне надо рассказать вам кое-что важное…

— Меня это касается? – раздалось в ответ. – Оставьте меня.

— Это касается… нас обоих, – прошептал он с нажимом, так как они стояли уже у двери в комнату Зигрид. – Вы же понимаете, о чем я! Речь идет о счастье для нас обоих, не больше и не меньше.

Зигрид взялась за ручку двери – с избыточным шумом, как показалось Спини, который при скудном свете ночной лампы в большом коридоре, к счастью, не заметил, как ее передернуло, или же списал это на другие причины.

— Что ж, хорошо, Зигрид! Завтра буду ждать знака, но, полагаю, еще сегодня вам будет приятно услышать, что наш противник, князь, теперь в наших руках!

Зигрид внезапно отпустила дверную ручку.

— Что это значит? – спросила она, затаив дыхание.

Спини из осторожности осмотрелся.

— Рассказ того конюха в Риме – припоминаете?

— Да! – воскликнула она, от нетерпения притопнув ножкой.

— Ну так это правда! Князь, с помощью своего сообщника или соучастника, здесь, в замке, спрятал свою жертву.

— Вы лжете! – произнесла Зигрид холодно, но со страхом в глазах.

— Хотите доказательств? – спросил Спини яростно, но придушенным голосом. – Вы их получите. Моя прекрасная Зигрид не должна безнаказанно упрекать меня во лжи.

— Вперед! – воскликнула она.

Спини сделал большие глаза.

— Как, сейчас? В этот час? И вы в этой тонкой, насквозь промокшей одежде…

— Это мое дело, господин маркиз. Где ваши доказательства?

Итальянец покачал головой, не сводя глаз с прекрасной, возбужденной, но мертвенно-бледной девушки, – он размышлял. Свободен ли путь, которым он пришел? Весьма вероятно, что нет, ибо в силу своей конституции привидение из старого замкового крыла не могло улетучиться ни через окно, ни через камин. А если они столкнутся? Не окажется ли вследствие этого под ударом репутация Зигрид? И если такое произойдет, не поспособствует ли это успеху его предложения?

— Ну так что? – Зигрид нетерпеливо прервала эти быстрые соображения.

— Но в этом мокром платье… – Он еще раз попытался возразить, скорее самому себе.

— Ну так что? – повторила она, вне себя от внутреннего возбуждения.

И он сдался. Без дальнейших разговоров пошел назад, но, когда, не встретив ни единой души, они достигли входа в старое замковое крыло, остановился.

— Теперь я должен тебя вести, Зигрид, – шепнул он. – Свет мы должны поберечь в моем кармане для нашего открытия. Боишься? – спросил он, когда Зигрид ощутимо вздрогнула.