Книга Чёрное лето, страница 133 – Антон Панарин

За бортом послышались еще две длинные очереди и всё затихло. Обернувшись, я увидел, как ГБРовец со злостью швырнул автомат об асфальт, а после снял с себя разгрузи побежал следом за нами. Он догнал наш танк и уцепившись за корпус залез на крышу. Я с облегчением выдохнул. Без огнестрела и гранат, он нам ничего не сможет сделать.

— Ахаха, ну ты и мудак. За проезд плати! Слышь пассажир! Я тебя не обилечивал! Слезай давай!

— Мужик, слезай лучше, он прав. Иначе Захар тебя реально затрахает.

— Эй, Макс, ты на чьей стороне вообще?

— На стороне желающих ехать в тишине.

— Мужик! У тебя яйцо видно! Тыб штаны что ли зашил! С голой жопой бегаешь. Или это вентиляция? Хотя в ваших кругах опасно так ходить, трахнут как пить дать. Рисковый ты.

Некоторые перлы заставляли ржать в голосину. Мужик обиделся и не придумал ничего лучшего чем обоссать наш танк. Сам того не понимая, он промыл нам лобовое стекло от насевшей пылюги, отличная работа.

— Мужик, ты еще и кастрированный, теперь понятно твое влечение к членам. Своего нет, так хоть чужие во рту подержишь.

Такого припадка бессильной ярости я давно не слышал. Мужик выл, молотил кулаками по стальной крыше, извергал проклятья и угрозы. Это было прекрасно. Будь у нас интернет, то Захару определённо нужно было возвести нерукотворный NFT памятник и продать за дохреналион долларов. Король всех троллей, моё почтение. Так мы и ехали вплоть до самого Града.

В дали замелькали керосиновые лампы патрулей делающих обход торгов развлекательного комплекса на крыше. Я заблаговременно погасил одну еще не разбитую фару, и мы ехали в полнейшей темноте. Напряжение нарастало с каждой минутой, даже Захар прекратил доставать нашего попутчика. Когда мы въехали на территорию парковки, наш опущенец спрыгнул с крыши и побежал в сторону Града истошно вопя «Тревога! Тревога!», на что Захар начал помогать его кличу.

— Тревога господа! Тревога! Сбежала шлюха! Ловите шлюху! Тревога господа! Первостатейная шалава сбежала!

Убегающий пассажир надрывался, но увы такие разношерстные показания охранников сбили с толка. В темноте что-то гудит и орут о том, что стоит поднимать тревогу из-за побега шлюхи? Что? Это было всего на всего минутное замешательство, но его нам хватило что бы прямо через стену ввалиться в Декатлон. После пробития пришлось снова зажечь свет что бы хоть как-то ориентироваться в кромешной тьме.

— Макс! Грушу то, за что переехал? Я всегда себе такую хотел! Да ёмаё!

— Если выживем, я тебе подарю такую же, а то и получше.

— Поймал на слове и перчатки.

— И перчатки.

Разметав стеллажи со спортинвентарём, мы протаранили стеклянную витрину и вывалились в центральный коридор. Снося лотки стоявшие по середине зала, я начал таранить колонны одну за другой. Опоры падали одна за другой не в состоянии выдержать многотонного удара, а сверху на нас сыпался стеклянный потолок. Завораживающее зрелище, как будто миллион снежинок способных разрезать тебя пополам падают сверху. Добрались до зоны с фонтаном, не успел повернуть левее и протаранил бортик, застоявшаяся вода хлынула на грязный кафель.

Наконец мы добрались до Хофа. Что бы въехать внутрь мне пришлось задеть соседний магазин с тряпками, начисто его срыв. Стекло задребезжало, а со второго этажа послышались крики просыпающейся армии, но это уже было не важно. Мы ворвались внутрь и начали перемалывать всё подряд. Или точнее сказать всех подряд? Первый этаж Хофа некогда заставленный кастрюлями и прочим барахлом, не слабо изменился. Теперь там не было стеллажей, вместо них красовались двухярусные кровати. Которые мы сметали на своем пути создавая позади кровавое месиво из щепок и разодранной плоти.