Книга Император песчаных карьеров. Том 2, страница 87 – Антон Панарин

— Эй, — прохрипел я, откашливаясь. — Мы тут, с другой стороны.

Лучник вздрогнул, резко обернулся и прищурился в мою сторону. Щурился он долго и сосредоточенно, пока не разглядел меня на полу.

— Ага! — воскликнул он радостно. — Вижу! Не двигайся, странник, Сульфур уже идёт!

Он двинулся ко мне, обходя безголовый труп. Наступил в лужу гнилой крови и даже не заметил. Подошёл вплотную, наклонился и протянул руку. Глаза его по-прежнему щурились, и я понял: этот человек попросту страдает дальнозоркостью. Вдаль видит как орёл, а вблизи — слеп как крот.

Я принял его руку и поднялся на ноги.

— Позволь представиться! — незнакомец выпрямился и расправил плечи с аристократической надменностью. — Я Сульфур! Величайший первооткрыватель всего известного мира! Лучший лучник во вселенной! Непризнанный правитель Великой Пустоши! И просто невероятный красавчик, за которым гоняются миллионы красоток, мечтающие родить от меня детей!

Он произнёс это на одном дыхании, не запнувшись ни разу. Видимо, отрабатывал речь не одну сотню раз.

Кашкай, выползший из кучи песка и державшийся за ушибленный затылок, изумлённо качал головой, попутно теребя пальцами уцелевшие сосульки волос. Потом повернулся ко мне и прошептал:

— А ещё говорят, что у меня с башкой проблемы.

— Кстати! — Сульфур воздел палец к потолку. — Отныне данный завод нарекается Цитаделью Сульфура! Запомните сие наименование, ибо оно войдёт в историю!

Рагнар с кряхрением поднялся, придерживаясь за остаток бетонной опоры. Капитан уставился на лучника с глубоким и искренним недоумением. В прошлой жизни мы с коллегами по офису так смотрели на начальника, вдохновенно несущего полную чушь.

Я решил, что враг моего врага заслуживает хотя бы ужина. Особенно если этот враг только что спас мне жизнь, разнеся голову ифриту. Интересно, кстати, как?

— Мы благодарны тебе за спасение, — осторожно начал я. — Можешь называть меня Александром. Присаживайся к столу, Сульфур, — я кивнул на расстеленную на полу и успевшую изрядно сбиться во время боя тряпку (бывшую когда-то частью роскошного плаща паладина Гелиоса) с остатками жареного мяса, которые беспощадно запорошил песок. — Угощайся, если пожелаешь.

— О! — лучник просиял. — Какая щедрость! Хотя для великого Сульфура это естественный порядок вещей. Спасённые всегда подносят дары своему спасителю. Так гласит закон!

Он плюхнулся на пятую точку и схватил кусок мяса. Вгрызся в него с энтузиазмом голодного волка, только песок на зубах заскрипел. При этом он ни на секунду не прекращал говорить, выплёвывая слова вместе с крошками.

— Я, видите ли, странствую по свету… в поисках… мня-м… новых земель, которые следует назвать моим именем. Позавчера я… мн-я… нарёк безымянный каньон к западу… у-мну… тьфу — Ущельем Сульфура. Вчера открыл три бархана, каждый из которых теперь носит моё имя-мням-ням. А сегодня обнаружил этот завод и вас в придачу! Чав-чав…

— Какая удача для нас, — пробормотал Рагнар, подковыляв ближе.

— Именно! — Сульфур энергично закивал, не уловив сарказма. — Встреча с Сульфуром — это величайшее событие в жизни любого человека! Некоторые ради этого совершают паломничества через всю Пустошь! Правда, никто ещё пока не совершал, но я уверен, что это вопрос времени!

Я несколько ошалело покрутил головой. Пусть этот парень безумен, но в данный момент кажется почти безобидным. Ещё бы не чавкал так, цены б ему не было — особенно учитывая, что он спас наши жизни. Между тем взгляд упал на распростёрого у проржавевшего станка Гелиоса. По хребту неприятно захолодило при мысли о том, жив ли вообще наш паладин?