Книга Где моя башня, барон?! Том 7, страница 72 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Охотники прекратили тренировку. Собрались вокруг нас толпой.

— Знач так, с Никитичем всё в порядке. Мы столкнулись с тёмным магом, и победили, — сообщил я вкратце. — Он был ранен, и лекари его подняли на ноги. Всё.

— А откуда тёмный маг взялся, едрить его за ногу⁈ — воскликнул приземистый охотник.

— Владимир сказал — всё, — зарычал на него Шишаков. — Этого достаточно. Возвращаемся к тренировке. Пятнадцать полных кругов вокруг казармы. С грузами на ногах, полный комплект! Вперёд в раздевалку, живее!

Вот и Воробей заметил меня. Подскочил, широко улыбнулся и… сразу же напал, прям с ходу. Со мной такой фокус не пройдёт. Я играючи отразил атаку, отводя оружие Федьки в сторону.

— Я всё равно до тебя доберусь, Володька! — азартно выпалил Воробей, затем сместился вправо и решил выкинуть очередной финт.

Как я мог не воспользовался такой паузой?

Федька действительно достал бы меня рапирой, и не раз, остановись я в развитии на пару недель. Но сейчас это было для меня словно игры в песочнице. Я читал его как открытую книгу.

Уход от удара, блок, ложный замах и тычок под рёбра гардой меча, затем подсечка — и вот он летит на землю.

— Ну ты дал, ха-ха! — Воробей вновь вскочил и кинулся на меня. — А сейчас, а⁈ Давай уже, нападай.

На десятом падении подряд Федька угомонился. Признал, что я двигаюсь лучше.

Затем мы посетили с ним столовку и попробовали борщ. После ухода Валька готовить в СОХ стали похуже. Хотя я был голодным. Мне и это сейчас устраивает.

Воробей делился со мной тем, как он быстро освоил техники фехтования. Будто бы даже рождён для этого.

Я спорить с ним не стал. Того, что я видел во время спаррингов, достаточно, чтобы утверждать то же самое.

Затем к нам присоседился Шишаков, который заказал шашлык. Ну а я не выдержал и повторил заказ, взяв и Федьке.

Поели, поболтали, теперь пора наведаться в господинницу. Тем более Катерина хотела увидеть меня, пообщаться.

Я шёл к выходу и обдумывал одну мысль. Зайти-то я зашёл в золоторудный бизнес. Но ведь и здесь надо расширяться. Почему бы не выкупить у Шелестова ещё одну пещеру? Разумеется, после тихой разведки.

Но граф может и не пойти на сделку. Теперь уж точно. Он же ненавидит меня.

Погружённый в мысли я катал в кармане тот странный камешек с тёмной рваной оболочкой. Вот я вышел через проходную, махнув дежурному. Затем охнул, чувствуя, что уколол палец об острый край. И вытащил этот предмет на свет божий.

Ну точно. Лепесток оболочки выглядывал, будто крохотное лезвие. О него я и поранился.

На выходе из СОХ я столкнулся нос к носу с Островским. Вот так встреча! Но торговец не был злым, напряжённым, разгневанным. Он не бросался на меня с кулаками, не требовал, не угрожал. Наоборот, приветливо улыбался.

— Нам нужно поговорить, Владимир, — обратился ко мне торговец, елейно улыбаясь. — Я был несправедлив к тебе, и ошибку свою признаю. Ведь лучше поздно, чем никогда.

— Все обиды в прошлом, Николай Трифонович, — согласился я с ним.

Островский вместо того, чтобы ответить то же самое, уставился на тёмный шарик, который я держал в руке. В это время мыслишки в голове крутились о продаже этой безделицы или сдать в ломбард, тому же Шульману.

— Откуда у тебя это? — не скрывая удивления, произнёс торговец в тот момент, когда мы отошли в сторону.