Книга Где моя башня, барон?! Том 7, страница 13 – Антон Панарин, Сергей Харченко

— Пойдём в штаб. С тобой хотят поговорить, — махнул мне второй СБ-шник. — Ждём на улице.

На первом этаже меня встретили Илья и все остальные. Они были в шоке. Видео с избиением Аляпьева утекла в студенческую сеть. Ролик набрал просто бешеное количество просмотров.

— А ты звезда, Володя, — хохотнул Илья. — Но я поражаюсь, как ты восстановился после такого ада? К лекарю ходил?

— Я сам себе лекарь, — ухмыльнулся я, решив не говорить ему пока о рунах регенерации. — Жемчужины помогли.

— Много же ты их впитал, — Илья был впечатлён боем и теперь смотрел на меня совершенно по-другому. Уважительно, что ли.

Ну а про Юсупова и Михаила и говорить не нужно было. Они были так удивлены тем, что произошло вчера и сегодня, что не могли и нормального слова вымолвить.

— Ты смотри, если будут выгонять, мне скажи, — напоследок кинул мне Илья. — У моего отца отличные юристы. Они отмажут тебя от отчисления, точно говорю.

Юристы. Ха! Я сам разберусь. Вот уж чего-чего, а я ещё не прибегал к помощи юристов. Привык я просто решать дела по-другому.

А все эти непонятные процедуры — да, в пекло их! Бумажки, расспросы, слушания, обвинения. Все эти процессы не для меня. Скука смертная.

Когда мы оказались в главном корпусе, меня завели в небольшое помещение. Я сел за стол. Затем напротив меня устроился холёный мужчина, с аккуратной бородкой и бакенбардами. Масляными, поросячьими глазками он уставился на меня, помолчал некоторое время. Ну и я в ответ с улыбкой посматривал на него, не отводя внимательного взгляда.

— Так, — хлопнул мужчина по столу. — Ладно, я понял. Вы ни капли не раскаиваетесь в содеянном.

— А вы кто, собственно? Я вас не знаю, — произнёс я.

— Начальник службы безопасности студенческого городка, Сорокин Пётр Петрович, — сухо представился мужичок. — Раз вы, Авдеев, не раскаиваетесь, то я подаю прошение о вашем отчислении. Мало того, Аляпьев рвёт и мечет. Он требует, чтобы вас посадили за решётку.

— А вам хорошо спится по ночам, Пётр Петрович? — произнёс я, продолжая пристально смотреть ему в глаза.

— В каком смысле? Что за вопросы, Авдеев? — возмутился начальник службы безопасности.

— Нормальные вопросы. Я спрашиваю, как вам спится. Не мучают кошмары или бессонница? — продолжал я выводить его из себя.

— Я понял. Вы паясничаете. Что ж, с вами бесполезно разговаривать, — Сорокин поднялся, с шумом отодвигая стул.

— Просто вас не смущает, что уже который год какой-то щегол сколотил банду таких же отморозком и кошмарит студентов. А когда я наказал этого ублюдка, меня хотят отчислить из Академии, и даже посадить. Браво, — я захлопал в ладоши. — Идеально вы защищаете студентов. Просто блеск.

— Ну знаете, — надул щёки Сорокин. — Я не намерен терпеть такую наглость!

Он выскочил из комнаты, а затем внутрь зашли два незнакомых СБ-шника.

— Пойдём с нами, — махнул мне тот, что повыше.

— В очередную комнату? — хмыкнул я, выходя в коридор. — Мучить меня будете? Загонять иглы под ногти? Или бить током? Заметьте, у меня аллергия на разряды.

— Да кому ты нужен? — засмеялся тот, что повыше.

— Да он просто шутит. Шутник, ага. Жди отчисления, это как минимум, — печально обратился ко мне второй СБ-шник. — С Сорокиным зря ты так себя повёл. Теперь он точно тебя вытурит из Академии.

— Посмотрим, — хмыкнул я в ответ. — Но Аляпьев. Вы тоже думаете, что он ничего плохого не совершал? Ведь это мразь, самая натуральная. И он ведь меня хотел убить.