Книга Где моя башня, барон?! Том 6, страница 66 – Антон Панарин, Сергей Харченко

В это время дверь щёлкнула, распахнулась. На пороге стоял… Громов.

— Ольга! Ты что себе позволяешь⁈ — зарычал он. — Кто это⁈

— Нас почтил своим присутствием Владимир Авдеев, дорогой, — сладко защебетала Громова. — Но он уже уходит.

— Благодарю за разговор, — кивнул я дамочке и двинулся на выход, и один из охранников встал у меня на пути, сложив руки в замок на груди.

— Нос или пузо? — спросил я у него.

Тот растерянно захлопал глазами, но ничего не ответил и не отошёл.

— Запираться в привате!.. — распалялся в это время Громов. — Что вы здесь делали⁈

— Милый, ничего особенного! — воскликнула Ольга. — Разговаривали.

— Оля, не ври мне, я же всё узнаю, — прорычал Громов и уже тише прошипел: — Ты знаешь кто это? Не знаешь?..

Я слегка толкнул громадину впереди меня, но тот не сдвинулся с места. И я пробил ему в солнечное сплетение.

— Ы-ы-ы-ы, — согнулся он и получил от меня в нос, падая на пол.

— А я ведь говорил — выбирай! — крикнул я ему, выходя из кабинки. — Было бы не так больно.

— Стой, Владимир! — кричал мне вслед Громов. — Эй! Задержите его!

Я улыбнулся, покачивая головой. Вот же придурок напыщенный. А ещё глава города. И что я ему плохого сделал?

Почти всю Хабу очистил от преступности, плачу усердно налоги в городской бюджет, в «Белом журавле» искоренил разврат, а также избавил город от кровавых подпольных боёв, поражающих своей жестокостью.

Что ему ещё надо, чтобы признать меня одним из самых значимых граждан Хабаровска? Но вместо этого я получаю только злость и ненавистные взгляды.

На выходе меня остановил толстый секьюрити, растерянно посмотрев на меня, затем в сторону бушующего в зале Громова.

— В нос или в пузо? — обратился я к толстяку.

Тот побледнел, затем нехотя отошёл.

— Всё нормально, брат, проходи, — выдавил он.

— Благодарю вас, сударь, — пробормотал я под нос, выходя на улицу и взбегая по ступенькам.

Меня встретили бойцы железнодорожников, Сергеич открыл дверь. Когда я запрыгнул в салон, рекрутёр тревожно уставился на меня.

— Ты встретился с Громовым? Я охренел, когда он подъехал сюда, побежал как угорелый в клуб, — сообщил Сергеич.

— Да, но даже не общались. Но супруга его чуть ли не вешалась мне на шею, — улыбнулся я в ответ.

— Не от тебя первого слышу такое, — выдавил улыбку рекрутёр. — Так что там насчёт долга и травли Воробья?

— Вы не поверите, Алексей Сергеич, но Громова ни при делах. Кто подсыпал зелье в бокал Воробья, она не в курсе. Да и травля эта придумана кем-то на стороне. Тех, кто вовремя подключился к этой истории, — задумчиво ответил я. — Есть у меня в голове некоторые мысли.

— Кто-то пытается столкнуть нас лбами с Громовым? — продолжил за меня Сергеич.

Вот за что он мне всегда нравился, так за его ясный ум и верные, логичные предположения.

— Именно так, и вы знаете, кто это может быть, — хмыкнул я.

— Хазаров доиграется, — вздохнул Сергеич. — Я пока к нему не могу подобраться. Но свою пулю в лоб он получит, рано или поздно. Уж очень опасен он становится.

— Разберёмся, — ободряющим тоном сказал я. — Бывало и хуже.

— Это точно, — хохотнул рекрутёр. — Вспоминаю и до сих пор не верится, что ещё живой.

— А дальше будет только лучше, Алексей Сергеевич. Я же обещал, что мы победим?

— Ещё не победили. Но я всё больше прихожу к мысли, что сделал в той ситуации единственный правильный выбор, — усмехнулся рекрутёр.