Книга Где моя башня, барон?! Том 4, страница 121 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Я поднялся на ноги, опираясь о Пожирателя костей, на клинке которого мерцали белёсые символы. Уж кто изрядно наелся, так это он. Что не скажешь о его хозяине и зеленомордом. Я бы сейчас и кабана съел. А зеленомордый ворчал, копошась у ног, и жаловался на голод.

— Спрячь, — протянул я королю гоблинов мерцающий меч и Гоб тяжело вздохнул, исчезая в тени дерева вместе с оружием. — Выдай трофеи башни.

Из тени выпал сундучок, затем рядом упал веер, причём раскрытый. Я усмехнулся, представив Гоба, бродящего по своему хранилищу — если там можно бродить, конечно — и машущего веером, тихонько хихикая.

Рассмотрев блистающую своими гранями вещицу, я раскрыл её и она заиграла множеством огней, оставляя после себя красивый узор. Понятно, всего лишь предмет для красоты. Конечно, я бы её лучше подарил Юлиане Островской. Она часто бывает на светских вечерах, и ей точно понравится. Но Черняеву нужно было показать, что я чист перед ним. Придётся отдать эту вещицу князю.

А что с картой, сейчас разберёмся. Если там нечто ценное — то, что позволит мне усилиться — точно заберу себе.

Я открыл сундучок. Большая карта лежала на бархатной красной подушечке. Контуры переливались, самое изображение башенки притягивало взгляд. Я дотронулся до карты, и она взмыла в воздух, переворачиваясь рубашкой вниз.

«ПОЗДРАВЛЯЮ С ПОБЕДОЙ, ГЕРОЙ!» — вот что было на ней написано. Затем пара цветных салютиков вокруг, и карта вернулась обратно в шкатулку.

Вот это да! Ещё одна липа! Просто поздравление, и всё.

Теперь я понимаю тех, кто получает грамотки от администрации, вместо денежного вознаграждения или ещё чего весомее. Я кое-как погасил раздражение.

Что ж, Черняеву трофей тоже не понравится. Но, как и прежде, претензий ко мне не будет. И это компенсировало негативные эмоции. Надо сбить немного спеси и высокомерия с этого князька. Хоть он мне и импонировал — влиятельный, грамотный мужик, знающий всему цену, пусть немного и хитрожопый — но он успел переопылиться в своих кругах и вёл со мной себя слишком высокомерно.

Да уж, на этот раз улов не очень велик. Всё отдам Черняеву, кроме одной фиолетовой жемчужины. Всё равно их две. И я уже понимал, как её применить. Но не здесь и не сейчас. Я слишком слаб, чтобы выдержать выжигание руны на своих костях. Чуть позже сделаю, как окончательно приду в себя.

Отправив трофеи обратно в тень, я направился к просвету между деревьями. Пора разобраться, что же там за шум.

Впереди я разглядел знакомый пустырь, на которой ещё недавно толпились жаждущие пройти башню. Никто не выжил, кроме меня, Буяна и Роксаны. Кстати, надо бы с ними связаться. У меня для них есть заманчивое предложение.

Меня отделяло всего три ряда деревьев, когда я разглядел руины башни и пару грузовиков.

— Петруха, а ну вертай назад! Вертай, я сказал! На другую машину грузи! — раздавались крики грузчиков.

— У тебя есть место! Что ты?.. — отозвался Петруха.

Я увидел несколько гвардейцев в стороне. И среди них находился Жига. Он о чём-то спорил с ними. В итоге один из гвардейцев схватил его за грудки и занёс кулак, зарычав.

— Ударишь моего водителя — и я тебе руку сломаю, — спокойно произнёс я, выходя к ним. На рукавах гербы рода — всадник с мечом в руках. Значит, черняевцы.

— Шеф! — радостно захрипел Жига, вырываясь из крепкого захвата здоровяка. — Они не верили, что ты выжил! А я знал!.. Не пускают, паскуды.