Книга Где моя башня, барон?! Том 3, страница 84 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Фальши я в нём не чувствую. Хоть он и избалованный аристократ, но вроде знает, что такое честь. Хотя он, не задумываясь, отправлял на смерть своих охранников… Чёрт. Неоднозначный он человек. Жаль, у меня нет выбора. Придётся рискнуть.

— Так и поступим, — кивнул я.

Распрямив плечи, он поправил волосы, спрятал меч в ножны и бодрой походкой подошёл к телепорту. Приложил руку к письменам, а затем исчез в ярком свечении.

— Малец ушёл, может предать.

Зря ты решил свободу дать.

Могли бы ему глотку вскрыть,

А после не спеша свалить, — послышался голос Гоба.

— Сейчас и узнаем, позвал он гвардейцев или нет, — я пошёл к телепорту.

Оказавшись возле печати, я досчитал до шестидесяти, приложил руку к письменам. Перед глазами полыхнуло ярко-белое свечение, и я оказался во внешнем мире.

Вдалеке слышался громогласный рёв «Слава княжичу! Слава! Слава! Слава!». А около входа в башню никого не было. Всё-таки парень не обманул. Ну что тут скажешь? Слава Юсупову.

Осмотревшись по сторонам, я собирался рвануть в лагерь охотников, но земля под ногами задрожала. Подняв голову вверх, я увидел, как из черноты ночи вниз летит огромный камень. Да чтоб тебя!

Выругавшись, я набросил покров маны и сорвался в дальнюю часть поселения.

Башня разваливалась. Идиотское свойство завершённого испытания. Оно не только опасно для жизни окружающих, но ещё и чертовски пыльное.

Огромный каменный блок рухнул на землю в двадцати метрах от меня, взметнув в небо ошмётки почвы, травы и, конечно же, пыли.

К моменту, когда вся эта гадость осыпалась вниз, я уже подбежал к лагерю охотников и нырнул в свою палатку. Шишаков храпел как боров и даже не думал просыпаться. Вот же стальные нервы. Хоть апокалипсис случись, он будет мирно дрыхнуть.

Впрочем, и я довольно быстро вырубился. Да, огромная башня, пронзающая небеса, рушится. Да, куски камней валятся на землю. Но как-то так вышло, что башни всегда осыпаются в радиусе пятидесяти метров. Ни один из осколков камней не улетает дальше. Поэтому даже гвардейцы продолжали славить княжича, не обращая особого внимания на рушащуюся башню. Ведь они находились за периметром опасной зоны.

Пробуждение выдалось «отличное». Я проснулся от увесистой пощечины. Мозолистая рука схватила меня за локоть и выдернула из палатки. Это был Никитич.

На улице только занимался рассвет. Все спали. Даже гвардейцы на радостях напились и мирно посапывали. Тем более что пленные оборотни без своего альфы больше не могли обращаться.

Гвоздев утащил меня в дальнюю часть лагеря, где никого не было, прижал к частоколу и прорычал:

— Ты совсем охренел?

Видя, что я спросонья не понимаю, о чём речь, он кивнул на мою одежду.

Да я бы с радостью переоделся, вот только других тряпок в округе не было. Ну не могилы же мне раскапывать ради гвардейского мундира. Ведь так?

— Да, сегодня выгляжу как клоун, — улыбнулся я. — Решил напустить на себя немного аристократичности.

— Володька, ты мне зубы не заговаривай. Я видел, как ты пролез в башню. Если бы это заметил не только я, тебя бы уже казнили, — прошипел Гвоздев, оглядываясь по сторонам. — А вместе с этим ещё бы и всему союзу выписали волчий билет на подобные зачистки. Ты понимаешь, что мог всех оставить без работы?

— А вы глазастый, — хмыкнул я. — Думал, мне удалось прокрасться незаметно. К тому же всё прошло гладко. Башня зачищена. Кроме вас, меня никто не заметил.