Книга Восхождение Плотника. Том 1, страница 23 – Антон Панарин

Через пять минут печь загудела, поленья затрещали, и из топки повеяло жаром пахнущим берёзовым дымом.

Нашёл чугунок и наполнил его из ведра водой, после чего отправил на плиту. Пока вода грелась, наломал еловую кору на мелкие куски, растёр между ладонями, чтобы ускорить экстракцию полезных веществ. Когда вода закипела и крышка чугунка запрыгала, забросил кору внутрь, а после убавил жар, отодвинув чугунок на край плиты, и оставил томиться.

Через четверть часа кухню заполнил терпкий, хвойный запах. Густой, смолянистый, от него даже мои забитые лёгкие будто бы слегка продышались. Процедив отвар через трофейную рубаху в деревянную кружку. Тёмно-коричневая жидкость пахла восхитительно, но на вкус оказалась горьковатой. В чугунок влезло около литра отвара, но этому я первым снял пробу.

Налил полную кружку и практически залпом влил её в себя опалив горло. Не любитель я кипятка, но на вахте в северных широтах чай пьют только так. Вот и я приноровился.

Горечь прокатилась по горлу, обожгла желудок, но почти сразу в груди стало чуть легче. Хвойные масла смягчили бронхоспазм, и следующий вдох прошёл почти без свиста. Может, самовнушение, а может, и правда работает. Не всё ли равно, если работает?

Наполнив опустевшую кружку, я понёс её Древомиру. Мастер открыл один глаз, покосился на кружку с видом, в котором смешались подозрение и отвращение.

— Что за пойло? — прохрипел он, и даже в этом состоянии его голос не утратил командных интонаций.

— Отвар из еловой коры, — ответил я, присаживаясь на край кровати. — Помогает при кашле и жаре. Пейте, мастер.

— Отравить меня решил? Кхе! Кхе! Кхе! — Очевидно пошутил он и заплатил за шутку жутким свистящим кашлем. Окинув меня оценивающим взглядом он приподнялся на локтях. — Ну давай… Отвар свой…

Древомир отхлебнул, сначала осторожно, потом ещё и ещё. Горечь заставила его скривиться, но он допил до дна и откинулся на подушку, тяжело дыша.

— Дрянь… редкостная, — выдохнул он.

— Все лекарства, дрянь, — согласился я, забирая кружку.

— А теперь вон отсюда, Ярик, — Древомир ткнул пальцем в сторону двери. — Не хватало ещё, чтоб ты мою хворь подхватил. Иди, справлюсь сам.

— Ага, справитесь, — скептически произнёс я. — Вы встать-то можете?

Древомир попытался сесть, скрипнул зубами, приподнялся на локте, продержался так секунды три и рухнул обратно на подушку, закашлявшись с новой силой.

— Вот именно, — кивнул я, снова меняя компресс. — Как на ноги встанете, так и уйду. А пока лежите и не фырчите.

Древомир посмотрел на меня каким-то новым взглядом, и по его мокрым от пота губам скользнула едва заметная улыбка.

— Мастер, надо бы лекаря вызвать. Если это то, о чём я думаю…

— Лекаря, — повторил Древомир с горькой усмешкой и уставился в потолок. — он стоит пятнадцать серебряников за осмотр. А за лекарства эта мразь ещё двадцатку возьмёт… Откуда у меня такие деньги? Я вчера муки купил, два мешка картошки, чтобы до весны дотянуть. На прошлой неделе инструменты обновил. Вот и всё, денег не осталось.

Он сказал это констатируя факт. Небо голубое, вода мокрая, денег нет. Пятнадцать серебряников за лекаря. При зарплате подмастерья два серебряника в месяц это почти восемь месяцев работы. За чёртов осмотр! Это означало что Ярик в чьё тело я попал так и так помер бы, ведь даже сэкономь он на лекаря, на лекарства всяко не смог бы скопить.