Книга Сломанный мир, страница 49 – Анна Мори

В Синдзю, столице Рюкоку, почти все кажется мне необычным – соответственно, и написать хочется о многом. Приготовьтесь к тому, что рассказ будет длинным.

В отличие от нашей страны, у которой только недавно появился выход к Внутреннему морю, жизнь Рюкоку была связана с морями всегда. Было интересно наконец-то увидеть собственными глазами мореходные суда.

Жители Рюкоку едят много рыбы и умудряются очень вкусно готовить даже самые неприятные на вид морепродукты, а мясо и хлеб практически не едят. В Рюкоку нет традиции держать крупный рогатый скот – вероятно, так сложилось из-за того, что страна покрыта горами. Но лошади у них есть.

В Синдзю множество храмов – я слышал, больше сотни. Жители Рюкоку, как и прочие жители Срединных государств, верят в Четырех Богов. Но если в Юйгуе эта идея давно перестала быть религией в обычном смысле слова и ее уместнее было бы назвать философией, а наш народ в целом никогда не был особенно религиозен, то жители Рюкоку религиозны до наивности и напоминают этим жителей диких племен-государств Юга – за исключением того, что последние помимо Четырех Зверей верят во множество других божеств и сверхъестественных явлений.

Великий Дракон для жителей Рюкоку не просто образ или символ, а вполне реальное – и всесильное – существо, распоряжающееся жизнями людей по собственному желанию. Императора, а заодно и всех представителей знатных семей в Рюкоку считают божественными посланниками, и даже образованные люди не готовы отказаться от этой идеи.

Написав, что жители Страны Тигра не религиозны, он слегка покривил душой: действительно, чхонджусцы чаще полагались на собственные мечи и луки, чем на небесного покровителя, но император Токхын был на редкость суеверен. Он, не жалея сил и средств, отправлял экспедиции ловить легендарных животных – все они, разумеется, возвращались ни с чем – и привечал при дворе шарлатанов, годами пытавшихся создать эликсир бессмертия из костного мозга журавля, толченых рогов оленя и тому подобных неаппетитных ингредиентов; толку от этих эликсиров было не больше, чем от чайного гриба – Токхын медленно, но неумолимо старел. И своей блестящей военной карьерой в Чхонджу Гэрэл был отчасти обязан тому, что помешанный на всяческой мистике император был одним из тех, кто верил в его сверхъестественное происхождение и считал его существом исключительным… Но критиковать Токхына в письме, которое ему и предназначалось, было бы по меньшей мере неразумно.

Архитектура Рюкоку напоминает юйгуйскую, но более утонченна и одновременно более невзрачна. Здесь возводят в эстетический принцип налет времени и особую, изящную простоту, а блеск, новизну и пышность не любят. Осмелюсь предположить, что эти принципы появились из-за того, что страна долгие века была бедной.

Я только и делаю, что сравниваю Рюкоку и Юйгуй, но их трудно не сравнивать, так как почти все – от одежды до системы управления страной – жители Рюкоку заимствовали у Страны Черепахи. Впрочем, должен признать, что все хорошее, что есть в нашей стране, заимствовано оттуда же.

Несмотря на видимые заимствования, жители Рюкоку чрезвычайно гордятся своей культурой и стремятся подчеркнуть ее своеобразие.

И она действительно своеобразна, изящна и печальна – это красота умолчания, красота тени и осени, увядания, умирания. Здесь есть традиция не выбрасывать разбитую чашку, а склеивать трещину красивым золотым или серебряным лаком, и вся культура Страны Дракона – как эта трещина под позолотой.