Книга Сломанный мир, страница 45 – Анна Мори

— Сколько? – спросила женщина, было видно, что она готова купить украшение.

— Двадцать драконов, – сказал Юкинари и виновато улыбнулся. – Работа мастера, поэтому чуть дороговато. Но я знаю, что вы можете себе это позволить.

Гэрэл заинтересованно прислушивался к разговору. На двадцать драконов бедная семья могла жить целый месяц, а то и два. По лицу женщины пробежала тень сомнения. Видимо, эти деньги и для нее были немаленькими. Было очевидно, что красная цена шпильки – четверть дракона. Женщина вернула ее на прилавок, но медлила убрать руку.

— Хотите примерить? – Юкинари наклонился, осторожно прикрепил украшение к ее прическе и протянул зеркало. – Ох, я просто обязан сделать вам скидку! Семнадцать драконов – и шпилька ваша. Вам очень идет! Да вы сами посмотрите…

Женщина польщенно улыбалась.

— Правда? У такого красавчика я готова покупать шпильки хоть каждый день…

Простые горожанки тут вели себя гораздо вольнее и раскрепощеннее, чем молчаливые придворные красавицы.

Гэрэл подумал, что эта прослойка горожан представляет наибольший интерес: купцы, успешные ремесленники и так далее – люди с большими деньгами, порой даже умудрившиеся получить кое-какое образование, но лишенные всех прав и привилегий, которыми обладала аристократия (но и их предрассудков, скорее всего, лишенные тоже) – наверняка они сильно недовольны принятыми в стране порядками… Правителю, который желает серьезно изменить уклад жизни Рюкоку, стоит искать поддержку именно у этой части населения; правда, ему показалось, что она пока довольно невелика.

Юкинари повернулся и увидел Гэрэла, который наблюдал за сценой. И хотя его лицо было закрыто маской кота, император узнал Гэрэла: по росту, должно быть, и по белокурым волосам, которые горожане принимали за карнавальный парик. Его глаза удивленно распахнулись, а затем он улыбнулся, словно они были заговорщиками. Перевел взгляд в сторону женщины: подождите, мол, сначала закончу с покупательницей, а потом поговорим…

Он аккуратно упаковал шпильку, спрятал деньги под прилавок и с самой искренней и обворожительной улыбкой попрощался с женщиной:

— Буду очень рад снова вас видеть!

И только когда покупательница скрылась в толпе, он повернулся к Гэрэлу.

— Здравствуйте. Это ведь вы? Непривычно видеть вас не в военной форме.

— Вы что, с ума сошли? – сказал Гэрэл. – Если вас узнают, будет скандал. Хорошо еще, что я тут один и никто из моих людей не видел, как вы выставляете себя на посмешище, иначе об этом уже судачили бы во всех Срединных Государствах.

— Обо мне и так чего только не говорят, – сказал Юкинари, как показалось Гэрэлу, с легкой горечью. Он почувствовал укол стыда, вспомнив глупую ночную беседу солдат у костра: «Они там все «отрезанные рукава…» – не из-за содержания беседы, само собой, а потому, что именно тогда к нему пришла идея выдать за Юкинари одну из чхонджусских принцесс. В тот момент ему показалось, что это хорошая альтернатива войне. Других путей он не увидел. А ведь наверняка они были. Были, но…

Но отправившись с посольством в Рюкоку, он собственными руками эти пути отрезал.

Юкинари, вероятно, решил, что Гэрэл думает о сплетнях. Он спокойно, без улыбки и тревоги, смотрел ему в лицо темными глазами, похожими на гальку на дне ручья.