Книга Брак по контракту. Ребенок из хорошей семьи, страница 8 – Ляля Либерман

Он не знал ответа. Но впервые за много лет Виктор Эшфорд позволил себе не искать ответ немедленно. Виктор просто сидел в машине, смотрел на дождливую Москву и думал о женщине у окна. Ее голосе, взгляде, обещании. О том, как свет падал на ее кудри. И о матери, которая когда-то стояла у окна точно так же. Ждала, верила, улыбалась, а потом забыла. Виктор закрыл глаза. Машина везла его в будущее, которое он спланировал сам. Четкое, ясное, предсказуемое, без случайностей. Ошибок и любви. Но почему-то в груди все еще жил тот трепет, что появился в маленькой комнате. И обещал себе, что этот контракт не изменит ничего не запланированного. Ни в ее жизни. Ни в его собственной.

Виктор открыл глаза. «Остановите у парка», — попросил он. Машина прижалась к обочине. Он вышел под дождь. Без зонта дождевика. Стоял и смотрел на темную воду. Капли падали на лицо, стекали по щекам, терялись в воротнике пальто. Холодно. Спокойно. Пусто. Он простоял так десять минут. Потом вернулся в машину. «В отель», — повторил он. Город смыкался вокруг него, чужой и уже родной одновременно. Москва. Дом, которого у него никогда не было. И который он только что решил построить. С женщиной, похожей на мать. С ребенком, который продолжит род. С контрактом вместо чувств. С планом вместо судьбы. Бог даст.

Машина въехала в ворота отеля. Швейцар открыл дверь. «Добрый вечер, мистер Эшфорд». Виктор кивнул: «Добрый». Он прошел в номер. Скинул мокрое пальто на кресло. Сел к столу. Открыл ноутбук. На экране загорелся пустой документ. Он смотрел на мигающий курсор. Долго. Потом написал: «Брачный контракт. Стороны: Эшфорд Виктор Андреевич, Волкова Лизавета Николаевна. Предмет контракта: заключение брака с целью рождения и воспитания наследника…» Пальцы замерли над клавиатурой.

В номере было тихо. Только курсор мигал. Равномерно. Бесконечно. Требовательно. Виктор смотрел на экран. Видел не буквы, а ее. Стоящую у окна. Свет на кудрях. Спокойный взгляд. Тихий голос: «Я не буду притворяться». Он закрыл ноутбук. Лег на кровать не раздеваясь. Дождь стучал по стеклу. Где-то далеко, в старом доме, спала Лиза. Спала бабушка. А он лежал в темноте. И впервые за тридцать восемь лет не знал, правильное ли решение принял. Но отступать было поздно. Контракт будет подписан. Будет создана семья, родится наследник. А трепет останется. Где-то глубоко. Там, куда не доходит свет и живет память о матери.

Где у других людей начинается любовь. Которую он всегда старательно отрицал. Боялся. И отчаянно искал, всю жизнь. Не находил, до сегодняшнего вечера.

Виктор закрыл глаза. Дождь стихал. Засыпал город и он. И во сне ему снилась мать. Молодая. С кудрями. С ямочками на щеках. Она смеялась в саду. Звала его по имени. Тем именем, которое забыла. Тем, которое он носил всю жизнь, а теперь должен передать дальше.

«Витя, сынок…»

Было уже утро, когда он проснулся. Дождь кончился. За окном сияло бледное солнце. Виктор сел на кровати. Открыл ноутбук. Посмотрел на пустой документ. И начал писать.

Кабинет брачного агентства пах кожей и остывшим кофе. Запах был нейтральным, стерильным, как всё здесь. Стеклянный стол. Хромированные ножки кресел. Стена, целиком состоящая из окна с видом на Москва-Сити. Виктор оценил порядок. Это его успокаивало.