Книга Договориться с тенью, страница 12 – Галина Миленина

Энергичная журналистка сразу заскучала и переключилась на одного из работников следственной группы:

— Как вы думаете, чьих рук это дело? Это заказное похищение или преступники действовали спонтанно?

— Похоже, заказ. Если я ошибаюсь, картины обязательно всплывут. В противном случае картины осядут у заказчика, и мы больше никогда их не увидим. А самое неприятное то, о чём вам сказал директор музея — международного скандала не избежать…

— Да, и первый скандал мы будем иметь уже в течение часа, — грустно констатировала София, нажимая на кнопку пульта. — На сегодня новостей достаточно. Как бы эти переварить!

Отец стоял рядом и, пощипывая седую бороду, молча смотрел на погасший экран. Переведя взгляд на дочь, изрёк:

— Скажи, моя девонька, а твой гость, часом, не имеет к этому инциденту отношения?

— Папа, об этом даже думать глупо, а уж вслух произносить — глупо вдвойне. Меня заботит, как я скажу Герману эту дичь и останусь ли после этого живой и невредимой! Ты не представляешь, как счастлив он был, что его картины нашлись. И вот этому счастью подходит конец. Через полчаса он услышит от меня, что его картины похищены. Господи, ну почему именно я должна сообщить ему об этом?!

София в отчаянье остановилась посреди мастерской.

— Почему ты говоришь «его картины»? Эти картины принадлежат человечеству. А значит — никому! Он что, надеялся, что сегодня их снимут ему с гвоздика и упакуют в мягкую тару для транспортировки в его загородную виллу?

— Я не знаю, о чём он думал, но планировал сегодня встретиться с директором музея.

— Отлично, как раз и будет о чём поговорить. Я думаю, если ты туда подъедешь и представишь своего гостя, то больше его не увидишь. Там же сейчас работает следственная группа. Вот они о нём и позаботятся. Он ведь пока единственный подозреваемый, надо полагать. Кстати, дочь, может, его уже и нет в гостинице… Где ты его вчера оставила?

— Папа, сегодня твои шутки неуместны.

— Я и не шучу. Я не на шутку серьёзен и боюсь, как бы моей дочери не отвели роль соучастницы и наводчицы.

— Папа, ты неисправим! Я уехала.

София быстро оделась и выскочила из квартиры.

До встречи с Германом придумала отмазку, чтобы потянуть время, авось до завтра ситуация изменится.

— А у вас разве не бывает санитарных дней? — увозя всё дальше от музея своего гостя, спросила София.

— Не знаю, никогда не слышал о таких днях. Думаю, и у нас иногда закрывают музеи по каким-либо обстоятельствам. На реставрацию, например… Но об этом, как правило, объявляют заранее.

— Нет, реставрация — это другое. А санитарные дни — это когда всё тщательно чистят, моют, убирают. Кажется, Герман ей поверил. Софии даже пришлось привезти его к музею и продемонстрировать закрытые двери, объяснив их санитарным днём. Хорошо, что Герман не знал русского языка и не понял разговора между оперативными работниками следственной группы, осматривающими место происшествия снаружи. Сегодня её обман удался. Но что она скажет завтра? Если даже крышу починят за один день и музей откроют, всё равно картины волшебным образом на прежнем месте не окажутся.

— Софи, вижу, у нас неожиданно образовался свободный день, так давай проведём его вместе, — Герман, казалось, смирился с неизбежностью прожить этот день без своих картин.