Книга Рыцарь для Лики, страница 49 – Галина Миленина

Вечер, не успев начаться, переставал быть для Марины томным. Она в мгновение ока благодаря немецкой речи хозяев и атмосферным снимкам, хоть и на короткое время, почувствовала себя в оккупированном Киеве.

А Карл продолжал делиться воспоминаниями о своих предках – кто какую награду получил, кто и где был ранен и как закончил эту позорную для Германии войну. Лиля безуспешно пыталась перевести беседу в более безопасное русло – о том, какая замечательная медицина в стране, как повезло её детям, получившим прекрасное образование. А тем временем в духовке у Карла запекалась говядина по оригинальному рецепту хозяина дома, и никто бы не стал сомневаться в высоком качестве блюда, запах которого разносился по апартаментам, нагло раздражая рецепторы и вызывая неконтролируемое слюноотделение.

На одной из стен гостья заметила старый, пожелтевший от времени документ в раме, датированный 1942 годом, и поинтересовалась им. Оказалось, это грамота, выданная вермахтом тётушке Карла, мюнхенской портнихе, за отличную работу – она шила форму для офицеров армии. Внезапно Марине пришла мысль, что эта тётушка вполне могла быть матерью Евы Браун – гражданской жены Гитлера, которая за двое суток до своей и его смерти стала официальной Евой Гитлер. И через два дня покорно приняла цианистый калий из рук супруга, «чтобы избежать позора покорности и капитуляции» – как написал в последнем завещании Гитлер. Наверно, для неё было важно уйти из жизни под именем Евы Гитлер, а не «сукой Волка». Такие мысли промелькнули внезапно в голове Марины. «Нет, это я фантазирую, – остановила себя Марина. – Очевидно, что Карл не стал бы скрывать своё знаменитое родство, скорее, гордился бы им».

Ну а Марине, в генах которой прочно записано отношение к фашизму, было достаточно пожелтевшего документа на стене и воспоминаний о «героических» родственниках, по всей вероятности, участвовавших в расстреле евреев под Киевом, чтобы на этот вечер, неожиданно для себя, вдруг стать вегетарианкой и отказаться от ужина. Вот такие метаморфозы организма, который только и смог принять в себя стакан минеральной воды из рук Лили – она, говоря словами известного автора, «хоть и бывшая, но русская подданная» была.

Карл вызвался отвезти гостью в отель. Всю дорогу он сокрушался о том, что не угадал с угощением, знал бы, что гостья не ест мяса (а она и сама не знала, что не ест, до встречи с ним), приготовил бы рыбу, ну да ладно, в следующий раз. «Вряд ли случится следующий раз», – ответила она.

В отеле ресторан уже был закрыт, и путешественница долго крутилась в своей постели – голодный желудок не давал уснуть. И тут она вспомнила расхожее выражение: «Не важно, что пьёшь, а важно с кем». И улыбнувшись баварским звёздам, подмигивающим в её окно, согласилась с неизвестным мудрецом.

Саша не спеша обошёл котлован, примерился, с какой стороны лучше поставить лестницу, и почувствовал, как от нетерпения у него подрагивают руки, а сердце словно подпрыгнуло и погнало кровь с большей скоростью. Нет, это не какая-нибудь рухлядь, это то, что он искал все эти годы, с детства – сколько себя помнил! Не зря всё сложилось именно так. Он, а не его отец был связан с эгрегором кладов, неспроста отец заболел и остался сегодня дома! Саша должен был сидеть в кабине этой машины, и дождь, зарядивший как из ведра и прогнавший лишних свидетелей его находки, не случаен!