Книга Рыцарь для Лики, страница 48 – Галина Миленина

Марина держала в руках хрустящие зелёненькие купюры и радовалась, как дитя. Никогда в жизни не получала такого удовольствия от портретов мёртвых президентов чужой страны! Это были особенные деньги – гонорар за книги от московского издательства. И Марина просто обязана была потратить их по-особенному. Она решила подарить себе путешествие в Европу. Решила и подарила. Из всех предлагаемых выбрала понравившийся маршрут: Краков-Прага-Мюнхен-Зальцбург-Нюрнберг-Вена.

Марине хотелось увидеть воочию Лебединый замок Нойшванштайн – сказочный дворец среди Баварских Альп, маленькую деревушку Обераммергау, стены домов которой красочно расписаны по сюжетам сказок братьев Гримм. Побывать в Венской опере, побродить по Староместской площади Праги, и чего там греха таить, очень хотелось побаловать своё эго – выпить чашечку кофе в знаменитом литературном кафе «Централь» в прекрасной старушке Вене. Марина должна была это сделать в подарок себе любимой за бессонные ночи в поисках нужных строчек.

Она выполнила почти всё намеченное в путешествии и даже больше…

В Мюнхене их гидом оказалась русская женщина по имени Лиля, бывшая жительница Питера. В автобусе Марина и Лиля сидели рядом, и так уж получилось, что чуть больше информации доставалось Марине, особенно информации о личной жизни женщины. Так Марина узнала и порадовалась за Лилю, что она живёт в самом престижном районе города для миллионеров, что недавно она сделала дорогущую пластическую операцию, ей было под пятьдесят, и она очень гордилась своим новым лицом. Марина не видела до, поэтому не с чем было сравнить, но надеялась, что деньги потрачены не зря. Лиля рассказала, что уже пятнадцать лет живёт в Мюнхене, эмигрировала с мужем и сыновьями, а потом развелась и вышла замуж за немца. Муж очень хорошо относится к Лиле, во всём помогает, и живётся им просто великолепно. «Да вы сама можете убедиться», – разгорячилась Лиля и пригласила туристку на ужин, который приготовит для них её муж Карл. Он обожает готовить, и у него это отлично получается. Марина сделала вывод, что всё прекрасно в этой замечательной семье и стране, одно плохо – похвастать некому, все живут одинаково хорошо. После целого дня экскурсии по Баварии комфортабельный автобус подкатил к гостинице, где Лилю уже поджидал её немецкий супруг на своём старом «Мерседесе». Все вышли из автобуса, туристы пошли в гостиницу, а Лиля представила новую приятельницу своему Карлу, и он радушным жестом пригласил дам в авто.

Дорога заняла не больше десяти минут, и Марина не увидела разницы между районом отеля и районом миллионеров. Лиля успела рассказать, что «Мерседес» выдан её мужу в бесплатное пользование от департамента, в котором Карл отработал много лет в отделе вооружения. Посетовала, что он уже совсем старенький (Марина подумала – муж), оказалось – автомобиль. Но вообще-то и то – и другое. Но совсем скоро его обменяют на новый (жаль, что не вместе с мужем, под стать новому лицу), причём совершенно бесплатно. За военные заслуги папы Карла перед отечеством.

«Мерседес» припарковался у жилого дома в три этажа. Все балконы дома были в цветах, перед крыльцом аккуратно постриженный газон, входные двери из стекла, код на каждый этаж. Семья занимала всего три комнаты второго этажа, и то, что Марина увидела, её не впечатлило (а должно было, ведь Лиля обещала показать жизнь миллионеров). Видимо, она пошутила или ещё не знала, как должны жить миллионеры, – давно не была на родине. И вот все вошли в апартаменты немецких «богачей». Карлу было далеко за шестьдесят, ближе к семидесяти, но был он весьма подвижен и моложав. Он не говорил ни слова на русском, правда отлично владел английским языком. Через несколько минут хозяин без тени смущения и не без гордости показал гостье фотографии двух родственников, служивших в армии рейха и встретившихся в Киеве, после взятия города. Марина узнала на фото Крещатик – два офицера с самодовольными улыбками победителей, стояли под новенькой вывеской «Айхгорнштрассе», вместо прежнего названия. На другом снимке – плакат с изображением орла и свастики, а под ним на украинском языке наказ уничтожить всех голубей до 26 октября. Кто будет держать голубей, будет расстрелян за саботаж. Нацисты боялись, что голубиная почта может быть использована в военной связи.