Книга Системный целитель. Трилогия, страница 228 – Алексей Ковтунов

— И что это значит? — не понял я.

— Это значит, что когда срок задания закончится — эти твои две недели — она просто не будет никому напоминать. Не станет проверять, выполнил ли Аксаков задание. Просто забудет про тебя.

Да уж, вполне похоже на Светлую. На всяких третьесортных ничтожеств вроде меня ей плевать. Да и остальным тоже…

А зная людей, трудно мне будет только первую неделю. На вторую охотники уже начнут сдаваться, потеряют интерес и займутся какими-нибудь более выгодными заказами.

— Значит, ближайшие дни надо просто где-то пересидеть. Лучше где-нибудь в болоте, — задумался я.

— Именно! — подтвердила Тёмная. — Первая неделя — самая опасная. Все активные, все ищут. Вторая неделя уже попроще. А потом Система забудет, или подумает, что ты где-то сгинул в лесах, и всё, дело закрыто.

Я обдумывал её слова, продолжая ехать по темной дороге. План простой, но имел смысл. Затаиться на две недели, не светиться, не попадаться. Первую неделю быть особенно осторожным. А потом, может быть, всё действительно уляжется.

— Ладно, — согласился я. — План есть.

Я ехал еще около часа, пока впереди не показалась небольшая поляна. Остановился, заглушил мотор. За окном было тихо, только ветер шумел в ветвях деревьев. Рассвет уже начинал подниматься, окрашивая небо в серо-розовые тона.

Вышел из машины, потянулся, разминая затекшие мышцы. Енот тоже вышел следом и принялся что-то вынюхивать в траве, но вскоре вернулся ни с чем, уселся рядом и недовольно вздохнул.

— Кек…

— Ничего не нашел, да? — почесал ему за ухом и вручил кусочек сыра, — На, не расстраивайся.

— Кеке!

Сам я сел на траву, облокотившись на колесо микроавтобуса. Солнце медленно поднималось, где-то вдалеке пели птицы, и лес просыпался после ночи.

Кстати! Еще раз посмотрел по сторонам и убедился, что рядом никого нет. Думаю, километров на двадцать вокруг ни единой живой души, разве что какие-нибудь звери или монстры из прорывов могут прятаться в кустах. Что-ж, думаю, как раз настало время посмотреть, что за артефакт мне подарили в аномалии. Да, система?

* * *

Виталий Романович, заместитель директора в одном не самом известном театре, сидел на скамейке в зале ожидания вокзала и пытался убедить себя, что поступает правильно. Пятьдесят два года жизни, из которых тридцать он посвятил театру, и что он получил взамен?

Нищенскую зарплату, которой хватало только на то, чтобы не умереть с голоду, хронический стресс от бесконечных проблем с оборудованием, актёрами и вечно недовольными зрителями, и полное отсутствие какой-либо перспективы на будущее.

А ведь когда-то он мечтал о славе и признании, представлял себя на сцене, купающимся в лучах прожекторов и аплодисментах благодарной публики, но вместо этого превратился в серую мышь, которая вечно суетится в тени, решая чужие проблемы и получая в ответ только новые требования.

И самое обидное — этот чёртов директор, Пётр Иванович, который почему-то считал, что государственный театр должен существовать исключительно на честно заработанные деньги и ни копейкой больше.

Виталий предлагал ему сотни способов подзаработать, продавать билеты мимо кассы и делить выручку пополам, немного урезать зарплаты актёрам и класть разницу себе в карман, сдавать помещение театра под корпоративы и банкеты, наконец. Но нет, Пётр Иванович каждый раз морщился, качал головой и произносил что-то про честь, совесть и призвание служить искусству, словно эти высокие материи можно было положить в холодильник вместо колбасы и сыра.