Книга Путь Строителя 10, страница 43 – Алексей Ковтунов

Надо же, а парень соображает куда лучше, чем привык показывать. Но проблема в том, что я совсем не мастер по душевным разговорам, и обниматься с Тобасом посреди стены в мои планы точно не входило.

— Извинения принял, — хлопнул я его по плечу, теперь-то уже можно. — Только знаешь, гуся ты мне все равно должен. Целого, не крыло. С тебя при случае.

— Договорились. — Тобас фыркнул, и напряжение наконец начало отпускать. — Откормлю самого жирного.

— А насчет отца, — я снова облокотился на парапет, — ты ему словами ничего не докажешь, без толку. Такие, как он, верят только глазам. Так что копай дальше, держи свой угол, даже если на нем за всю осаду ни одна тварь не покажется. Рано или поздно он увидит, никуда не денется. А не увидит, так и черт с ним, сам-то ты уже знаешь, чего стоишь.

Тобас кивнул и смотрел теперь не в темноту, а туда, где над северной стеной плясали отсветы факелов. Так мы некоторое время и стояли. Разговор получился чуть ломаный и неловкий, но все равно он должен был состояться рано или поздно. Не такой уж и дурак этот Тобас, хотя до гения все равно не дотягивает. Просто наконец случилось что-то, что заставило его подумать о своем поведении и радует, что к этому моменту еще не стало слишком поздно.

Постояли так еще немного, и я уже подумал шагнуть к проезюащей мимо тележке, прыгнуть на борд и катить спокойно к своему участку, есть там одно важное и даже не начатое дело которые обязательно надо закончить к началу штурма.

Но все-таки замер на полушаге, а после хлопнул себя ладонью по лбу так, что в голове загудело. Вот ведь, стою тут, душеспасительные беседы развожу, а под рукой целая бригада здоровых лбов без дела кукует. Ну ладно, кукует фактически только один, но и остальыне я не вижу, чтобы сильно трудились. Торчат сейчас где-нибудь в деревне или того хуже спят. Аж обидно думать о таком, надо срочно подкинуть работы.

— Слушай, Тобас, — повернулся я к нему. — Точно же! Чеснока наделаешь? Очень надо, и чем больше, тем лучше.

— Посадить, что ли? Сдурел совсем? — опешил Тобас.

Пришлось поправиться, а то парень, кажется, всерьез решил, что я перетрудился на стене.

— Да не тот, что бабка Мирта на ярмарке продает, — усмехнулся я. — Чеснок боевой, гадость для непрошеных гостей. Скрепляешь железные прутки крест-накрест, концы загибаешь в стороны, и как такую штуку ни урони, один шип всегда смотрит в небо. Наступит босая пятка, и сразу не до штурма.

— Звучит как что-то простое, но очень неприятное, — Тобас задумчиво почесал переносицу. — Примерно как лунки эти твои.

— Ну, не настолько жестоко, к сожалению, но дело свое сделает. И возни немного совсем, а у нас как раз времени в обрез…

— Так я сейчас ребят подниму! — Тобас разом подобрался, и от прежней хандры не осталось и следа. — Ты только покажи, как делать, а уж мы исполним в лучшем виде, со всех сторон обложим, можешь не сомневаться. Вот только железное дерево не бесконечное, а к роще сейчас не сунешься…

— Возьмем из запасов, да и веток наковырять можно, — пожал я плечами. — Пойдем, покажу разок, а дальше сам разберешься.

Прошлись по стене до северной башни, там я спустился вниз и, пошарив ногой в потемках, выудил из кучи подходящий пруток железного дерева. Обрезков у нас и правда хватает, далеко не все сгнили сразу, под навесом и без того высится целая гора неликвида. Ветки потоньше, что на арматуру не годятся, да куски самой арматуры, для обвязки коротковатые. В дело пойдет откровенный мусор, и для чеснока лучше не придумать, не пускать же на колючки хороший и нужный материал.