Онлайн книга «Путь Строителя 9»
|
Задержал дыхание, вокруг тишина, и только огонек на наконечнике потрескивает, рассыпая мелкие искры. Целиться мешает, да, но благо все-таки отнесли факел к мишени, его хоть как-то видно. *Шурх!* Болт сорвался с места с коротким глухим щелчком, и тетива хлестнула словно плеть. Снаряд ушел вперед со свистом и жужжанием, словно жирнющий шмель рванул в небо, и огненная точка растворилась в ночи быстрее, чем я успел моргнуть. Понял, принял, поправку по высоте надо было брать поменьше! Огонек перемахнул через завалы бревен и пропал где-то далеко за ними, черт знает где. Некоторое время мы просто глядели вдаль. Подмастерья вытянули шеи, Ольд приложил ладонь козырьком ко лбу, хотя солнца никакого не было, а лысый стражник выбрался из ворот и тоже уставился в темноту. Только сейчас вспомнил, как этого стражника зовут, а то из-за лысины и не признал сразу. Клавус, вроде… А чего он побрился вдруг? Может, тут какая-то новая мода, а я все как обычно на строке пропустил? Огонек спустя какое-то время снова стал заметен, причем ярко, значит пакля не потухла. Собственно, и не должна была, могла разве что свалиться в полете. Зажигательные стрелы маслом пропитывать вполне допустимо, можно дегтем или смолой, главное чтобы горючая смесь не испарялась, ведь в полете для этого созданы идеальные условия, ветер еще тот. Вот бензин, к примеру, горит ярче масла, но для зажигательных снарядов не годится, потухнет еще в воздухе. Спирт по той же причине бесполезен, а вот масло держится, горит неторопливо и ветра не боится. [Путь Созидания II: 52 % → 59 %] [Путь Разрушения II: 21 % → 22 %] — Не, ну вот это уже можно отпраздновать! — обрадовался Ольд и хлопнул в ладоши. — Вот это я понимаю, вот это полетело! [Путь Разрушения II: 22 % → 23 %] Гм… Я нахмурился и посмотрел вдаль, потому что огонек там не просто горел, а заметно вырос и разгорался все ярче. — Праздновать потом! — рявкнул и рванулся к воротам. — Ведра хватайте, там пожар начинается! Мы же в завалы бревен зажигательным снарядом попали! * * * Человек пятьдесят стояли посреди просеки и молча смотрели на догорающие остатки того, что еще недавно было аккуратно сложенным стогом прутьев. По земле стелился дым вперемешку с паром от пролитой воды, и по обе стороны от нас тянулись мокрые, зачерненные сажей полосы вытоптанной травы. Все мы просто молча стояли и смотрели, и вся эта картина выглядела последствием крупного праздника, только без еды и музыки. Да и без праздника, чего уж тут скажешь. Народ устал, это видно без всякого анализа. Перепачканные сажей лица, мокрая одежда, и у половины собравшихся выражение из разряда «разбудили, заставили бегать, а теперь еще и стоять заставляют». Но при этом никто не ушел, и я примерно понимаю почему, потому что после такого хочется хотя бы посмотреть на виновника. А виновник, стоит признать, я. И ведь смотрят же, причем молча, что гораздо хуже, чем если бы орали. — А чего на меня-то уставились? — возмутился я, — Это все Ольд вообще сделал! — В смысле Ольд⁈ — плотник аж подпрыгнул от возмущения. — Это ты предложил поджигать! И стрелял ты! Я тетиву даже не трогал! — А ты не сразу побежал тушить, оно потому и разгорелось! — парировал я. — И вообще, когда я поджигал, ты ни слова против не возразил, стоял молча и лыбился! |