Книга Путь Строителя 8, страница 108 – Алексей Ковтунов

Путь старосты устроен не так, как у остальных, это Гундар усвоил давно, хотя подробностей не знает никто, да и сам староста никогда не распространялся. Но кое-что можно понять по наблюдениям, если наблюдать достаточно долго и не быть при этом полным болваном.

У охотников и стражников Основа тратится понемногу и восстанавливается по ходу дела. Кейн сидит в тишине, расслабляется, занимается каким-то совершенно неспешным делом и попутно набирает силу. Вельт рыбачит или выслеживает добычу и тоже восстанавливается. Даже мальчишка-строитель, и тот черпает свое через возню с раствором и кладкой, причем такими темпами, что иной раз хочется подойти поближе и проверить, не жульничает ли.

У старосты всё наоборот, каждый шаг, каждое усилие отъедает от того, что он накопил в неподвижности. Первое действие после покоя самое мощное, второе заметно слабее, и дальше по убывающей, пока не останется обычный крепкий старик с тяжелым взглядом и больше ничего. Правда сколько для такого эффекта надо движений Гундар точно не знает, пока не доводилось увидеть своими глазами.

В памяти сразу всплыло несколько образов. На собрании, когда староста намотал на руки тоненькую плетеную веревку, которую мальчишка считал неразрывной, напрягся и порвал. Первое усилие, и оно было впечатляющим, по лицам в зале читалось все, что нужно.

А на стройке ворот, когда староста взял в руки топорик и за один росчерк оставил на железном дереве идеальный срез, у мужиков челюсти отвисли, и даже Гундар, которого удивить непросто, мысленно присвистнул. Два реза за одно движение, а на бревне ни зазубрины, ни задира, гладко, будто полировали.

Но это лишь мелочи, которые староста позволяет себе, когда нужно показать людям, что он еще в силе, или когда работа требует. Каждый такой выход стоит ему, и он это знает.

Если за оставшиеся дни староста встанет минимальное количество раз, если каждый выход из покоя будет оправдан и ни одна капля силы не уйдет в пустоту, то к моменту штурма первое, что он сделает на стене, запомнят все, кто останется в живых.

Тишину на чердаке нарушал только далекий перестук молотков из мастерской Ольда, но Гундар сидел и ждал. Но в какой-то момент староста все же открыл глаза. Ни вздоха, ни разминания затекших рук, просто смотрел на Гундара, и этого хватило, чтобы перейти к делу.

— Шайка тихо сидит, — начал Гундар. — После истории с рогом затаились, активных действий не предпринимают. Тобас наблюдает, стражники контролируют обоих.

— Хорошо. Просто следите. — староста даже не кивнул, — Нам сейчас не до лишних телодвижений.

— А если ударят в спину во время штурма?

— Не держи людей за безмозглых, Гундар. — старик слегка прищурился, — Они жить хотят, и когда жилы подойдут к стенам, даже самый тупой из них поймет, что мешать защитникам означает подписать себе приговор.

— Рог украли у второго по значимости строителя. — скривился начальник стражи, — Это не мелочь.

— Держать за безмозглых нельзя, — повторил староста, и голос стал чуть жестче. — Но некоторые все равно ими окажутся. Следи, чтобы дальше не выкидывали глупостей, а если проколются еще раз, решай вопрос кардинально.

Гундар молча принял к сведению, потому что полномочия получены, рамки обозначены, а большего ему и не требуется.