Книга Путь Строителя 7, страница 114 – Алексей Ковтунов

— Тебе к детям точно не надо? — поинтересовался у Дагны, которая все еще сидела рядом и явно не собиралась уходить.

— Дети у Больда, а он пока спит, — пожала плечами. — Говорят, как просыпается, совсем добрый и слабый делается, так что им ничего не грозит. Да и был бы недобрым… Не знаю, кажется, он в принципе не способен кому-то навредить.

— Ты видела, как он дрова рубит? — скривился я.

— Ну и что? То дрова, а это живые люди.

— А, то есть две правые ноги у жил это как бы они сами споткнулись? — я поднял руки. — Понял, принял, вопросов больше не имею.

Собственно, Дагна изъявила желание остаться и посмотреть как сохнет глина, после чего сразу отправить на обжиг, ведь яма уже готова и загружена углем. Ну а я не стал задерживаться и потихоньку поковылял домой.

По дороге бросил взгляд на южную часть периметра, теперь вместо прежней узкой щели в частоколе увидел уже приличную дыру, за которой мужики начали разбирать чей-то сарайчик. Потом там проложат дорогу, но это сделают и без меня, все-таки у Хорга бригада раз в десять больше моей, может спокойно выделить несколько человек на подобную работу.

Вернулся домой, а там уже во всю храпит Рект, но спать для созидателя, увы, роскошь непозволительная. Слишком много работы, и если ложиться каждый раз, когда хочется, стройка растянется до следующего года. Сел, привалился спиной к стене, достал три катушки с нитью волосянки, привязал концы к палке, прижал ее ногами и начал потихоньку плести косичкой.

Метод, прямо скажем, далек от совершенства. Я был инженером-подрывником, сейчас прораб на стройке, и с какого перепугу я вообще должен уметь плести веревки? Близко не представляю, как это делается по-нормальному, но все равно сижу и делаю, потому что больше некому, а веревки нужны позарез.

Плел, иногда пропуская Основу через нити, и результат заметен сразу. Косичку после пропитки расплести уже не получится, волокна словно сплавляются между собой и становятся единым целым. Веревка все еще довольно тонкая, но когда доплел метра полтора, привязал конец к балке и повис. Держит, причем на первый взгляд даже легко и без малейшего треска, сколько ни дергайся и ни подпрыгивай.

Вот этот пробник принесу старосте, покажу, объясню что к чему. Пусть выделяет работниц, которые займутся плетением и предоставят мне готовые веревки разной длины и толщины. Я потом пройдусь по ним Основой, и тогда они станут почти вечными. А если еще и пропитать чем-нибудь подходящим…

Кстати, корешок от пиявки, я про него уже почти забыл. Заглянул за угол дома, прошел мимо лиственницы, которая в этот раз попыталась стегнуть меня по заднице.

— Да покормлю, но попозже! Утром завтракаем, объедки как всегда тебе! — поднял руки, и она вроде успокоилась.

Нашарил в темноте корешки, рука сразу прилипла к поверхности, потянул на себя, а эта дрянь за время лежания успела налепить на себя целую гору мусора. Листья, палочки, обрывки какой-то тряпки и даже камешек прилипли намертво, и пришлось стоять и очищать все это руками, прежде чем тащить к свету.

Подтащил под лампу, повертел в руках. Липкая дрянь, но когда отрываешь ладонь, на коже не остается ни следа смолы, и вот именно это в прошлый раз показалось интересным, а обдумал только сейчас. Клейкость есть, а остаточной грязи нет, чистая адгезия без переноса вещества.