Книга Путь Строителя 3, страница 120 – Алексей Ковтунов

— Где? — я даже остановился.

— Ниже по течению, — Сурик махнул рукой. — Ближе к мосту. Там на берегу целые россыпи, я ещё мелким туда с пацанами бегал, камнями кидались. Они если об скалу треснуть, в порошок рассыпаются, белый такой.

Хрупкий, сероватый, крошится в порошок у воды… Очень интересно, если это то, о чём я думаю.

— Пошли туда, — я ускорил шаг, и Сурик, не ожидавший такого оживления, споткнулся на ровном месте и побежал следом.

Топки в обоих горнах заложены с запасом, и дров должно хватить на пару часов, но всё равно нужно поторопиться. Мы шли вдоль берега, иногда ныряя в заросли ольшаника, иногда выводя на открытые участки, где река раздвигала кусты и блестела на вечернем солнце.

Двигались быстро, почти бегом, и вскоре впереди показался мост. Деревянный, перекинутый через реку в узком месте, где берега сходились метров до семи-восьми. Конструкция состояла из толстых свай, вбитых в дно попарно, и настила из поперечных брёвен, скреплённых верёвками и чем-то вроде деревянных нагелей. Перила отсутствовали как класс, видимо, строители решили, что если человек достаточно трезв, чтобы дойти до моста, то и без перил не свалится.

Остановился и осмотрел конструкцию, потому что не осмотреть не мог. Сваи потемнели от воды, нижние венцы заросли зеленоватой тиной, и при каждом порыве ветра настил слегка покачивался, издавая негромкий протяжный стон. Строили этот мост давно, и строили явно как временный, с расчётом на то, что потом рядом появится нормальная переправа. Только «потом» так и не наступило, а мост продолжал скрипеть, качаться и каким-то чудом держать на себе телеги с грузом.

Переделывать надо, причём целиком, от свай до настила. Место удобное, берега высокие, русло узкое, и при грамотном подходе тут можно поставить каменные опоры на века. Но мост подождёт, рук и так не хватает ни на что, а впечатлений на сегодня достаточно.

Потому что впечатления начались на берегу, прямо под ногами. Светло-серые камни россыпью лежали у кромки воды, некоторые торчали из земли, другие скатились к самому урезу и были наполовину затоплены. Подобрал один, взвесил на ладони, сжал пальцами. Мягкий, крошится под ногтем, оставляет белёсый след на коже.

Известняк, и его тут не горстка, а целый пласт, выходящий на поверхность по всему берегу метров на двадцать, если не больше. Камни лежали плотно, один на другом, крупные внизу, помельче наверху, и некоторые глыбы весили явно не меньше пуда. Больше не придётся ползать по берегу в поисках ракушек, собирать их мешками и жечь на костре, чтобы получить жалкую горстку извести. Тут извести на всю деревню хватит, причём не на одну побелку, а на десять, и ещё останется. Нагрузил бы телегу, довёз до дома, как раз до дороги рукой подать, обжёг в горне, и пожалуйста, известь высшего качества, белее снега и чище совести.

— Сурик, ты понимаешь, что мы нашли? — не удержался и повернулся к мальчишке, который стоял рядом и смотрел на мою реакцию с осторожным непониманием.

— Эмм… Камни? — уточнил он, явно не разделяя восторга.

— Это известняк! — воскликнул я, — Известь нужна для раствора, для побелки, для обмазки стен, для всего на свете. А раньше я собирал ракушки, и их вечно не хватало.

— А, ну тогда хорошо, — Сурик кивнул с вежливым энтузиазмом, и по лицу было ясно, что ценность находки до него дойдёт позже, когда я заставлю его таскать эти камни в тачке.