Книга Ласурские призраки, страница 76 – Мария Ермакова

— И как вы меня доставите? – заинтересовалась принцесса. Оперлась на его руку и продолжила прогулку. – С помощью магии?

— Зачем такие сложности? Поймаю извозчика, – фыркнул секретарь. – Конечно, я мог бы скинуть человеческую личину и перенести вас в замок по воздуху, но боюсь, Его Величество Редьярд и Ее Могущество Ники Никорин не одобрят появление дракона в воздушном пространстве Вишенрога. Да и людей пугать неохота. Представляете, какая паника поднимется в городе, если я начну планировать над крышами?

— А я бы хотела это увидеть! – мечтательно произнесла принцесса. – Вы очень красивый дракон, Григо, вы это знаете?

— Ну… мне говорили, – польщенно произнес Хризопраз.

Из открытых настежь окон трактира доносились шумные голоса. Заведение не пустовало и тогда, когда хозяйкой была Брунгильда, а сейчас вообще стало одним из самых популярных в Вишенроге как среди людей, так и среди оборотней.

Секретарь с предвкушением потер ладони.

— Я уже чую запах свежеиспеченного пирога! И оборотней… – добавил он, принюхавшись. – Надеюсь, клыкастые не слопают все пироги с требухой?

Они вошли в трактир и направились за единственный свободный столик у трактирной стойки – остальные были заняты, включая любимое место Бруни – в углу за сервантом, под портретом Осенней феи кисти мастера Вистуна. Сидящий там молодой человек показался ей знакомым.

Поскольку в этот раз принцесса и ее секретарь выглядели как чета немолодых людей, а не как они сами, к ним подошла служанка. Ровенна, ставшая вместо Матушки Бруни управляющей трактира, внушительно громоздилась над стойкой, и, словно дирижер оркестром, управляла десятком нанятых служанок и служек. Виеленны видно не было, но было слышно – она кого-то распекала на кухне.

Каждый раз, приходя в трактир под личиной, Бруни ловила себя на том, что ей и радостно, и грустно одновременно. Радостно вновь видеть эти стены, закопченный камин, Осеннюю фею на стене, ощущать суету и чувствовать запахи кухни. Грустно – не участвовать во всем этом, оставаться для родных стен чужой, клиенткой, зашедшей съесть пирога с требухой и выпить морса.

— Эй, – Григо коснулся ее руки, – нельзя остаться в прошлом навсегда, Ваше Высочество, нужно двигаться дальше! Мне ли говорить вам об этом?

— Иногда мне кажется, что я сплю и вижу сон, – призналась Бруни. – Сон, в котором у меня есть Кай, и я – ласурская принцесса, а не простая трактирщица. Мне кажется, вот сейчас я проснусь, и все будет по-прежнему: ежеутренние мысли о том, какие продукты надо заказать лавочникам, а за какими сходить самой на рынок, знакомые мастеровые, Пип, ворчащий на кухне, круг привычных дел и обычной усталости, от которой вечером не чувствуешь ног… И мне становится страшно… Ведь множество людей так и живет, в круге привычных дел и обычной усталости, и им никак не вырваться оттуда, не узнать чудес, которые может подарить этот мир!

Григо ласково улыбался, глядя на нее.

— Так и есть, Ваше Высочество, – сказал он, когда она замолчала, – но истинно мудр тот, кто в этом самом круге умеет разглядеть настоящие чудеса… Как однажды вы разглядели вашего Кая.

Груженый поднос к столику Ровенна принесла сама – все служанки были заняты. Разглядывая ее, Бруни удивилась тому, как помолодела ее бывшая служанка. На щеках старшей Гретель появился румянец, волосы неопределенно-мышастого цвета заблестели, а в глазах кроме всегдашнего сурово-ироничного выражения появилось что-то еще. Что-то легкое, весеннее… Расставив яства, она пожелала гостям приятного аппетита, но к удивлению принцессы направилась не за стойку, а в угол, где сидел показавшийся Бруни знакомым молодой человек. При приближении Ровенны его глаза вспыхнули надеждой, он вскочил и склонился в почтительном поклоне. Лица Гретель принцесса видеть не могла, зато прекрасно видела плечи и осанку – Ровенна выпрямилась, стараясь выглядеть… фигуристее?