Книга Хозяйка чайной, страница 74 – Наталья Буланова

Очуметь!

Но еще больше я удивляюсь, когда он второй свободной рукой обхватывает меня за талию и спускает на землю в одну секунду. Я даже звука издать не успеваю.

Вижу, что Альдо весь краснеет от напряжение. Жмется, словно ему сейчас накостыляют. Посматривает с каким-то чрезмерным уважением на зверя. Я бы даже сказала с преклонением.

На это неприятно смотреть.

А Зверю хоть бы хны. Он стоит ко мне спиной, словно не только что спустил меня на землю и держит вывеску.

— Долго мяться будешь? — спрашивает он Альдо, и тот словно отмирает.

Вспоминает, что он профессионал.

— Я сам подержу вывеску. Вбивай гвозди, — Зверь берет табличку двумя руками, на меня даже не смотрит.

Какой он сильный! Ему словно ничего не стоит ее вот так держать на вытянутых руках, а я от половины веса чуть пупок не надорвала.

Я отхожу назад и прошу:

— Чуть правее, Трей!

И тут же прикусываю себе язык, видя, как медленно поворачивается генеральская голова. Он только в полоборота, но я чувствую, как он строго на меня зыркнул, словно ногтем прижал.

Что-то в нем неуловимо изменилось. Не только в отношении меня, а в движениях, в тоне. Но я не могу понять что.

— Простите, генерал! Можно чуть правее, — все-таки повторяю я, немного стушевавшись.

Зверь двигает табличку на середину.

— Идеально! — говорю я.

Альдо стучит гвоздями, закрепляя табличку на месте. И когда все готово, Зверь отпускает руки и отступает назад.

Смотрит на табличку, потом на меня с головы до ног и переспрашивает со скепсисом в голосе:

— Мужской рай?

Кажется, или я чувствую даже уничижительные нотки?

— Да. Место, где возницы смогут обсудить последние новости торгового тракта, послушать легенду или посмотреть небольшую сценку.

— Больше похоже на название борделя, — кидает он в меня словами и уходит, больше не глядя на меня.

Явился, растревожил и ушел. Ну как так можно?

— Спасибо! — кричу я ему в спину.

А он просто поднимает руку вверх, продолжая спускаться по ступеням.

— Госпожа, он что-то вспомнил? — спрашивает Рикки, вставая рядом со мной.

— Не похоже.

— Тогда что тут делал?

— Мимо проходил? — предполагаю я, хотя сама не верю.

— Госпожа, мимо нашей чайной никто не проходит. Она в тупике.

Капитан очевидность.

Я захочу в чайную, где Альдо собирает инструменты.

— Госпожа Алисия, теперь ваша обивка не очень идет к новой идее для чайной, — говорит он.

Сама знаю. Эти лоскутные сидения выглядели мило, когда были в прошлой концепции. А теперь же чайная будет меняться, и чем дальше, тем сильнее они будут выбиваться.

— Альдо, я же просила вернуться к обращению на ты.

— Я не смею, госпожа, — говорит Альдо.

Ух, ну и велик же генеральский авторитет. Зверь меня не помнит, а Альдо на всякий случай осторожничает.

— Переоббивать будете? — спрашивает Альдо.

Мне несколько жалко денег на это, сколько своего труда. Сложно.

Рикки раскачивается на стуле, который мы обсуждаем, и вдруг предлагает:

— А что, если черной лентой поставить на лоскутах крест?

Тканевый крест поверх лоскутов как протест против всего женского? Не знаю, сработает ли, но что-то в этом есть.

Рикки определенно мыслит неформально!

Мы решаем, что цена риска невысока. Мы можем позволить себе этот эксперимент.

Когда после двухдневного перерыва мы выходим с чаем на тракт, нас. встречают светлые лица возниц и хмурые владельцев таверны и гостиницы.