Книга Его запретная пара, страница 117 – Наталья Буланова

Жанна вдруг просияла и возбужденно продолжила:

— Если скажешь правильный ответ, я скажу, где бомба.

Она была нестабильна — Степан это почувствовал так же отчетливо, как холод дышащей в затылок смерти.

Он не знал ответа. Дарил всегда то же, что и Ди. Одинаково же. Никогда особо не задумывался.

— Лилии?

Жанна на миг оскалилась.

— Лилии любит Ди, а сверхи их терпеть не могут! От них даже у людей голова болит, не то что у оборотней. — Жанну затрясло. — Вот видишь? Ты знаешь все только о своей любимой Ди, а обо мне ничего.

— Нет, Жанна. Спроси что-нибудь другое. Я просто ответил первое, что пришло в голову. Мне самому лилии нравятся.

Конечно, это была ложь.

— Хорошо. Какая у меня мечта?

Вопрос поставил Степана в тупик.

— Эм-м, знаешь, трудно понять, к чему стремится душа другого. Да и сам себя не всегда поймешь.

— Я тебе говорила много-много раз, чего хочу. Ты просто меня не слышишь.

Степан задумался. О чем мечтают девочки? А оборотницы?

— Быть счастливой? Любимой? Успешной?

— Я хочу быть с тобой, пап. Я тебе это сказала за сегодня тысячу раз. — Жанна посмотрела на Степана будто из-под разом потяжелевших век. На ее лице отпечаталось глухое разочарование.

Степану будто на душу сто железных прищепок прицепили и пустили по ним ток. Такая взрослая девушка все еще нуждалась в отце. Отце, который не мог дать ей того, что она хотела, а теперь требовала.

Это он ее такой сделал? Или Жанна была предрасположена к такому поведению? Что, если это гены биологического отца? Или это мелко — валить на другого?

Даже сейчас Степан не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, что Ди бежит сюда на верную погибель.

— Жанна, тебе же нужен я? Давай сейчас посидим в обнимку, а потом скажем людям, где бомба, чтобы они все обезвредили.

Девушка посмотрела на часы. Минуты текли стремительно, как горная река.

— Нет. Готовься к обмену, папа. И запомни: на могилу Ди лилии, а на мою — статицу. Не перепутай.

Степан в ужасе от таких жестоких слов попятился. Ему хотелось рвать на себе волосы, потому что он не знал, как остановить Жанну. Решил так же ее припугнуть, как и она его:

— А малышу? Ему какие цветы?

Может, услышав это, одумается? Осознает, что творит?

— Он еще даже плодом не считается. Не вздумай делить свое внимание на моей могиле еще с кем-то. Это возмутительно! Только мне, только статица, папа.

— Он не кто-то. Это же твой ребенок.

Жанна вдруг дернула головой, прислушиваясь.

— А вот и твоя замена. Надо же, правда одна. Не хочет гробить своих воздыхателей?

Ди показалась в зоне видимости. Жанна жадно прислушивалась — была начеку. Потом с вызовом крикнула:

— Умница. Домашку сделала на пять, как и всегда. Вот только самой не обидно, что тебя твои воздыхатели так легко отпустили?

Диана лишь вскользь посмотрела на сестру, потом все ее внимание привлек бледный отец.

— Папа, ты в порядке? Она тебе не навредила?

— Ди, уходи сейчас же. Это приказ.

— Я выросла, пап. Теперь моя очередь позаботиться обо всем. Я смогу. Верь в меня и уходи.

Степан обрадовался. Наверное, у Ди есть план! Она точно приехала сюда не одна (он видел, как смотрел на нее Яр), да и братья где-то рядом. Его девочка точно позвонила бы им и узнала, не в беде ли они. Если насчет ягуара Степан не мог говорить с уверенностью, то в семейных узах ребят он не сомневался.