Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 29 – Александра Каплунова

— Они не привыкли, — сказал Арвид, не оборачиваясь. — Ты первая женщина, которая ходит за мужем по деревне.

— А где положено быть женам? — поинтересовалась я.

— Дома, — он хмыкнул. — Или с другими женщинами, — он помолчал и добавил: — Но ты не бойся их. Они просто удивлены.

Я прибавила шаг, чтобы поравняться с ним:

— Я не боюсь.

— Я знаю, — он вдруг слегка улыбнулся. — Ты уже доказала, что сильнее, чем выглядишь.

Это прозвучало почти как комплимент, и я не смогла сдержать ответной улыбки.

Кажется, то, что я открыто шла с ним рядом, да еще и улыбалась, было здесь и правда странным.

Ну и пускай. Может избавлю их от этой закостенелости. Традиции — это, конечно, хорошо. Но когда жена не может быть на равне с мужем — меня не устраивает.

Жилое крыло ярла Танвальда был больше других. Нас встретили стражники у входа, но, узнав Арвида, тут же пропустили. Внутри, в просторной зале с высокими потолками, на стенах которых висели щиты и головы убитых зверей, было тепло от жаркого очага.

У огня сидел ярл, а рядом с ним Астрид. Она что-то негромко рассказывала отцу, перебирая в руках какие-то бусины или камешки, но замолчала, когда мы вошли.

Вот, она же сидит с мужем?

— А, сын, — Танвальд поднял взгляд. — Что с подготовкой?

— Все идет по плану, отец, — ответил Арвид, подходя ближе. — Мы обсудили маршрут и припасы. Олав подготовит провиант на пять дней, этого должно хватить.

— Хорошо, — кивнул ярл. Затем его взгляд упал на меня, и брови нахмурились. — А это зачем?

“Это”, снова. Я невольно сжалась. Его тон мгновенно вернул меня в дом черни, где мы все были “это”. Да, на людях Танвальд согласился с выбором волка и даже его поддержал. Но это еще не значило, что он будет благоволить мне и тет-а-тет.

— Моя жена идет со мной в поход, — отозвался Арвид. И сказал это столь буднично, будто речь шла о какой-то воистину обычной вещи.

Астрид воззрилась на меня, не пытаясь скрыть удивления. Ярл же замер, словно не веря своим ушам:

— Что ты сказал?

— Сольвейг едет со мной, — повторил Арвид тем же ровным голосом. Но в глаза отцу при том глядел прямо. — Она будет держаться лагеря. И под моей опекой.

— Сын мой, — мягко заговорила Астрид, когда Танвальд весь потемнел лицом. — Разумно ли это? Сольвейг не знает наших обычаев, ну лучше ли ей остаться здесь, с другими женщинами, обучиться…

Арвид качнул головой.

— Я сам обучу свою жену, — сообщил он матери. — Среди других женщин много тех, кто невзлюбит ее, ты должна понимать.

Астрид поникла, даже плечи ее опустились. Спорить с сыном она не не стала, из чего я сделала вывод, что она, пожалуй, с его доводом даже согласна.

Вот как оно складывается. Дозволение Арвида отправиться с ним, похоже, сыграло не только из моего упрямства, но из его собственного понимания моей чуждости этому месту.

Настала такая тишина, что я слышала, как потрескивает огонь в очаге. Я ожидала гнева, возмущения, даже насмешки. Но Танвальд лишь долго смотрел на сына, затем перевел взгляд на меня, потом снова на Арвида.

— Это твое решение? — спросил он наконец, голосом странно-задумчивым.

— Да, — твердо ответил Арвид, еще прежде, чем я успела задуматься, стоит ли мне признаться самой.

К моему удивлению, из-за спины ярла раздался смех. Астрид, прикрывая рот ладонью, смеялась так искренне, что даже плечи тряслись.