Книга Токсы академии Акалим. Книга 2, страница 43 – Мария Ермакова

Забежать к себе переодеться я не успевала. Распрощавшись с Джефом, отправилась в ректорскую башню, где увидела сидящего на ступеньке перед входом Дага, который лениво поднялся, оглядел меня с ног до головы и хмыкнул:

— Привет, Вин. Принимала грязевые ванны? Одна или с кем-то?

* * *

Кудряшку заметил еще издали. Она легко бежала к башне и казалось, могла так пробежать еще долго — крепкая девчонка! Однако выглядела Эрроч так, будто вылезла из болота. Представив ее в образе зеленоглазой лягушки на листе кувшинки, едва не заржал, но сдержался. Вместо этого сказал, когда она подошла:

— Привет, Вин. Принимала грязевые ванны? Одна или с кем-то?

Одета она была примерно так же, как на физкультуру. Стоп. Раннее время, удобная одежда, и такую грязь можно найти только на проселочной дороге…

Судя по выражению лица, она хотела ответить что-то язвительное, но я не дал шанса:

— Дай-ка угадаю, Эрроч, утренняя пробежка ради тонкой талии и стройных ножек! Их есть кому оценить?

Не передать, как мне нравится, когда глаза дерзкого токса вспыхивают, как у злой кошки! Клянусь, дразню ее только из-за этого, а так там и посмотреть не на что.

— Не лезь не в свое дело, Даг, — «убила» меня взглядом. — Лучше скажи, к тебе тоже прилетала огненная курица с воплем о немедленном посещении ректорской башни?

— Курица⁈

Я даже не сразу сообразил, что она имеет в виду. А когда понял, едва не укатился от хохота и переспросил: — Фальфайр?

Одно удовольствие следить, как меняется ее выражение лица. Я снова зацепил Кудряшку за неуемное любопытство.

— Фаль-фай-р? Что это значит? Это на древненоррофиндском?

— Да, это название мифологической птицы, олицетворяющей смену дня и ночи. Сейчас ее называют «феникс». Согласно легенде норров фальфайр каждый вечер сгорал в ладонях неба, чтобы к утру возродиться в океане.

Эрроч тряхнула кудряшками.

— Здорово! Значит, ректор посылает Зов в виде фени… фальфайра?

Я кивнул, и открыл дверь в башню. Зирч, ожидая нас, поди, уже искрится от злости. В прямом смысле.

Ректор стоял у открытого окна. За четыре года обучения я частенько заставал его в этой позе, даже тогда, когда побережье укрывалось льдом, и океанские волны приносили зимние ветра. Впрочем, разве может быть страшен холод тому, кто владеет магией огня?

— Явились? — буркнул он, когда мы вошли.

— Так точно, ректор Зирч! — отрапортовал я на правах старшего.

Эрроч вытянулась в струнку рядом, лицо у нее было мрачнее тучи.

— Почему вы не в форме, курсантка? — тяжело вздохнул ректор.

Похоже, этот вопрос он задавал не впервые.

— Была на пробежке, ректор Зирч! — рявкнула Кудряшка. — Не успела переодеться, когда получила Зов!

Я покосился на нее. Она меня передразнивает, что ли?

— На зельеварение вы сегодня не идете, Эрроч, поскольку у меня появилось свободное время, чтобы позаниматься с вами магией стихий. Леди Лендич предупреждена.

Мелкая кивнула.

— Я рад, что вы справились с реставрацией скелета, — скупо улыбнулся Зирч. — Напоминаю о втором занятии по магической безопасности, которое вы должны провести сообща, и можем считать инцидент исчерпанным.

— Но… — с изумлением начала Эрроч.

Я прервал ее:

— Спасибо, ректор, мы очень старались! Йорик теперь выглядит лучше, чем раньше, как считаете?

Я знал, о чем говорю. Рано утром, возвращаясь от Беатрис, побывал в лаборатории: чтобы понимать, к чему быть готовым, следовало проверить, что успели кураторы за ночь. Как оказалось, все! Полностью собранный и побелевший от скрепляющего раствора Берга скелет стоял в углу, рядом с сияющим котлом, и скалился, с учетом нижней челюсти, полной улыбкой.