Книга Токсы академии Акалим. Книга 2, страница 41 – Мария Ермакова

— Мое изобретение — материализация сложносоставного объекта, — довольно улыбнулся Сноворс. — Давно мечтал опробовать это заклинание в деле!

— Научите? — спросила Свитис, возбужденно сверкая глазами.

— Если вы ответите на мой вопрос.

Она нахмурилась, алые губы искривились, будто собирались произнести нечто, не подобающее леди. А затем Аннелора вздохнула:

— Будь по-вашему, все равно ведь не отстанете…

И вопросительно взглянула на профессора.

— Не отстану, — качнул головой тот. — Мне, правда, интересно.

Свитис вздохнула.

— Это грустная история, Декарт. Папа был боевиком. Я мечтала повторить его судьбу, готовилась к ней. Но однажды он ушел на задание и не вернулся. Мы даже попрощаться с ним не смогли, поскольку хоронили его в закрытом гробу. Что там произошло, никто не объяснил — женам такого не говорят, а дочь, то есть я, была всего лишь студенткой второго курса. И я вдруг поняла — боевики не возвращаются не потому, что произошло нечто непредвиденное! Они не возвращаются, когда не готовы к нему! Кто-то не донес до них важность практического магиеведения, где-то остался пробел: неправильно сложенные в пасс пальцы, ошибка в произнесении слова или его части в заклинании, недостаточная быстрота реакции… Тогда я поклялась себе, что не допущу такого, и мои студенты всегда будут возвращаться к тем, кто их ждет!

Аннелора отвернулась. С прямой спиной и сцепленными на коленях руками, в прелестном платье, она выглядела такой хрупкой — тронь, разобьется как фарфоровая статуэтка из бабушкиного серванта, но Сноворс знал, что это видимость. Леди Свитис была не той, кем казалась.

Подойдя, он взял ее руку и поцеловал. А затем спросил, как ни в чем не бывало:

— Желаете испробовать новое заклинание сами?

Джеф помирал где-то далеко позади, потому что я летела стрелой, размышляя о том, что скажут ректор и Лендич по поводу неполного Йорика.

Добежав до места, где мы поворачивали назад, я попрыгала, поприседала и поиграла с Валли в догонялки. Мне показалось, что управляться хвостом ему удается все лучше и лучше. Возможно, сыграли роль наши тренировки, во время которых я заставляла его не только бегать иноходью, но и резко тормозить, разворачиваться в разные стороны, кружить, не сбавляя скорости, вокруг своей оси. Наблюдая за дракусем, я понимала: хвост — не просто оружие, но и рулевой инструмент, как у кошки. Вспомнилось, как Валли удалось в считанные доли секунды перевернуться в воздухе, когда, во время нашего знакомства, он рухнул на меня с ветки.

— Ну ты вообще! — простонал догнавший меня, наконец, Джеф и рухнул на обочину, не обращая внимания на мокрую траву.

Надо сказать, с наступлением периода дождей, мы с ним возвращались с тренировок по уши в грязи. Интересно, есть ли заклинание, которое позволяет придавать одежде чистоту без стирки и сушки? Вот было бы здорово!

— Живой? — поинтересовалась я, усаживаясь рядом и покусывая травинку.

— Не-а, — хохотнул Новач, — но, знаешь, Вин, эти твои пробежки удивительным образом проясняют мозги. Вчера, пока вы мучались со скелетом в лаборатории, мне пришла мысль поискать в библиотеке ежегодные альбомы курсов. У тебя не было таких в школе?

— А как же! Групповая фотография с первого и последнего занятия в году, одиночные портреты… Виньетки, розы, драконы и прочая чушь.