Книга Измена. Я теперь (не) твоя, дракон!, страница 64 – Илана Васина

— Чужие самцы к тебе липнут, как проклятые. Знаешь причину?

Испуганно мотаю головой. При чем тут самцы?! Я никому не давала повода! Спортивная форма здесь вызывающая, конечно, но не я же ее придумала! Нашел повод меня обвинять, да еще таким странным...

— Причина банальна, — перебивает он мои мысли. — И мы это исправим.

— Что за… — начинаю, как вдруг его рука крепко фиксирует затылок, а в следующий миг своими губами он сминает мои.

Забываю дышать, замираю, ошалевшая от происходящего, а Дарран вовсю этим пользуется. Завладевает моим ртом. Уверенно, жестко.

Самое пугающее — не могу ему дать отпор, и дело не в неравенстве физических данных. Я вся во власти дракона, будто мигом лишенная воли.

С губ переходит к шее, ушам. Теперь рот свободен. Можно крикнуть, хотя бы возмутиться, но вместо этого стою онемевшая. Меня захлестнуло новыми ощущениями, и я в них утопаю. От легких покусываний, сдобреных поцелуями, приятно саднит, а от горячих, манких прикосновений по телу рекой растекается медовое тепло.

У нас не было такого раньше. Никогда его руки не скользили бесстыже по телу и не вызывали такой пугающе острой реакции.

Где-то на задворках сознания шевелится мысль: он не имеет права… Это все неправильно… Это нельзя проделывать со мной… Или можно? Нужно? Терпкий запах одеколона дурманит, путает сознание. Мысли сплетаются в хаос.

Это наш первый настоящий поцелуй. И он за гранью приличного. Как же сладко окунуться туда, за эту грань, но как же поздно…

Горечь этого «поздно» перекрывает всю гамму других чувств, и когда его губы отстраняются от меня, накрывает облегчением вместе с легким осадком грусти.

Ведь у нас могло все сложиться по-другому. Почему только сейчас поцеловал меня взаправду? Пока он, тяжело дыша, продолжает прижимать меня к себе, заглядываю в потемневшие глаза. В них нахожу новый оттенок. Удивление? Желание? Бездна, это мне впору удивляться!

— Почему сейчас? — вырывается у меня.

Дарран снова склоняется к моему уху, с шумом втягивает в себя воздух, и шепчет:

— Здесь слишком много драконов. Самцы не полезут к самке с чужими отметинами.

Отметинами? В ужасе от него отпрянув, хватаюсь за шею — там, где побывали его зубы, осталась припухлость. Быстро вытаскиваю шпильки из волос, прикрывая досадные последствия поцелуя длинными каштановыми прядями.

— Как много здесь адепток, помеченных драконом, Дарран?

— Ты единственная, — в его голосе удовлетворение.

— Думаешь, у других драконов не возникнет вопросов, кто меня пометил?

— Это считывается не головой. На уровне инстинктов. Им неосознанно расхочется тебя лапать.

Хочу что-то еще сказать, возмутиться, когда вдруг над нашими головами начинают гаснуть магические светильники — один за другим. Библиотека готовится к закрытию. Бросаю тревожный взгляд в окно — за стеклом уже сгущается темнота. Всего через час в Академии официально наступит время отбоя. По правилам, после отбоя нужно находиться в своей комнате.

— Лорд Амакиир, — проход между стеллажами вдруг заполняется фигурой госпожи Милдри. Ее зеленое, цвета утренней травы, платье плотно облегает фигуру до талии, расширяясь книзу объемными воланами. Она сняла очки, и теперь выглядит сдобной пышечкой. Розовощекая, пышногрудая и… вооруженная чистой карточкой.