Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 2 – Майя Фабер

«Нужно проверить», — решила я, застегнула легкую куртку и вышла на улицу, сдерживаясь, чтобы не перейти на бег.

Главное — убедиться, что это он. Или — что не он. Второй вариант нравился гораздо больше.

Прохладный ветер играл с волосами и шуршал листьями, напоминая, что мир по-прежнему крутится вокруг своей оси, но я проигнорировала его, сосредоточившись на фигуре впереди. Мужчина остановился возле большого, покрытого ржавчиной контейнера и разглядывал землю с таким упорством, будто на ней была инструкция по выживанию.

Я ускорила шаг и, изображая, что смотрю в окно комма на запястье, налетела на цель.

— Ой, простите! — выпалила я, с наигранной неуклюжестью пошатнулась и «случайно» коснулась рукой его груди. Сквозь тонкую ткань ощущались напряженные мышцы горячего, буквально обжигающее тела.

Мужчина поймал меня за плечи и подтянул к себе так близко, что мысли рассеялись, оставив в голове пустоту. Его пронзительный, подозрительно внимательный взгляд пригвоздил меня к месту, заставляя дыхание сбиться от смешанного чувства страха и дикого восторга.

— Ничего страшного, — проговорил он с намеком на улыбку, видимо, призванную успокоить, но сработавшую как сигнал тревоги. — Вы не ушиблись?

От низкого, с хрипотцой голоса жар снова прилил к лицу. Я мысленно обозвала себя идиоткой и поспешила убрать руку с его груди.

— Все в порядке, — отрезала я и попыталась освободиться от его хватки.

Но он не спешил меня отпускать. Пальцы сжали мои плечи сильнее, а в глазах мелькнуло насмешливое любопытство, когда взгляд скользнул по моим губам. От его наглости стало тошно, и это помогло отогнать лишний восторг.

— Вы уверены? — переспросил он почти шепотом, явно издеваясь, и только после этого отпустил.

— Абсолютно, — бросила я и сделала шаг назад, чувствуя себя потерпевшей сокрушительное поражение.

Развернувшись, я направилась прочь, пытаясь удержать ноги от неуверенных движений и игнорируя ярость, которая закручивалась в груди. Я почти убедила себя, что этот спектакль окончен, когда услышала оклик:

— Подождите…

Ну нет, дорогой!

Том поправил тяжелую сумку на плече, мысленно продолжая проклинать себя за глупейшую реакцию на столкновение с той странной девчонкой. Нервно мазнул пальцами по штанам, стараясь стереть ощущение ее хрупких плеч, и только больше разозлился, когда понял, что до сих пор ощущает ее запах — сладковатый и совершенно нелепый посреди грязи и отчаяния нейтральной зоны.

Он скривился, когда в памяти снова всплыло ее лицо: растерянный взгляд, приоткрывшиеся от удивления и сразу же горделиво сжатые губы, как если девушка испугалась выдать себя. Том хмыкнул, злясь уже на собственную внезапную сентиментальность: во что он, черт побери, превращается? Когда-то его куда больше волновали насущные вопросы — например, как не схлопотать пулю в спину или где найти еду, после которой не захочется немедленно покончить с собой.

Теперь же он, как последний идиот, прокручивал в голове встречу с незнакомкой и жалел, что не спросил ее имя. Как будто это что-то изменило бы! Впрочем, если быть совсем уж честным, его действительно раздражала одна деталь: девушка явно столкнулась с ним намеренно. Слишком неестественной была ее неуклюжесть. Чем дольше Том думал об этом, тем сильнее разрасталось его любопытство, напоминающее голодного и крайне назойливого паразита.