Книга Ненужная королева обречённого дракона, страница 147 – Юлий Люцифер

Она посмотрела на ладонь.

Имя, поднявшееся из родовой книги, всё ещё серело на коже. Элина. Чётче, чем прежде. Не ожог. Не метка собственности. Не родовой знак.

Своё имя.

— У меня есть то, что книга не смогла забрать.

Лиора протянула руку.

Пальцы у неё дрожали.

Элина подошла ближе.

Сестра коснулась её запястья — осторожно, почти не касаясь белых следов от судебных колец.

— Если увидишь его... скажи ему, что Дамиан знал не всё.

Элина подняла глаза.

— Почему ты говоришь мне это сейчас?

— Потому что правда редко бывает чистой. А если я не успею сказать сама, ты будешь ненавидеть его за то, чего он не знал, и за то, что всё равно сделал.

— Я уже справляюсь с обоими.

— Знаю.

Лиора сглотнула.

— Он знал, что свадьба нужна для союза домов. Знал, что меня принуждают давлением, но не понимал браслетов до обряда. Не знал о тебе как о сосуде. Но на балу он выбрал молчать сам.

Элина смотрела на сестру.

— Зачем ты защищаешь его?

— Я не защищаю. Я учусь говорить точно. Ты заразила.

Финн шепнул:

— Это звучит как тяжёлая болезнь.

Яра ударила его локтем.

Лиора слабо улыбнулась, потом лицо её снова стало серьёзным.

— И ещё. Селеста не ушла.

Элина напряглась.

— Ты видела?

— Нет. Почувствовала. Она не бросит Валериана, пока не поймёт, кто победит. Но и за отцом не пойдёт. Она будет искать другой ход к книге.

Севериан тихо сказал:

— Я знаю, где она выйдет.

Все посмотрели на него.

Он выдержал взгляды плохо, но не отвёл глаз.

— В доме Рэйс есть старый проход из часовни к зимнему саду. Я думал, его закрыли.

— Вы много чего думали, — сказал Финн.

Севериан проглотил ответ.

Элина повернулась к Яре.

— Значит, идите не к академии сразу. Через старый рынок, потом к восточной стене. Не через зимний сад, не через Рэйсовские переулки. Если Селеста выйдет раньше, она попробует перехватить страницу.

Яра кивнула.

— А ты?

Рёв пришёл снова.

Ближе.

Из бокового хода посыпались мелкие камни. Где-то внизу раздался треск, будто когти прошли по стене.

— Я попробую вернуть того, кто ещё помнит, зачем держал воду.

— А если он не помнит? — спросил Гарт.

Элина посмотрела в темноту.

— Тогда напомню.

Она пошла одна.

Первые шаги дались легко, потому что все ещё смотрели ей в спину. Дальше — труднее. Как только голоса Яры, Финна, Гарта, Лиоры и Севериана остались позади, подземелье стало больше. Тесные ходы, где раньше было слишком мало воздуха, теперь казались бездонными. Тьма впереди шевелилась от красных отблесков. Где-то далеко камень вздыхал под тяжестью того, что двигалось внутри.

Элина держала ладонь на стене.

Не для опоры только.

Она искала следы.

Не мёртвые имена. Не чужую боль. Не спрятанные страницы.

А его.

Артарион проходил здесь недавно. Человеком? Драконом? Сначала человеком, вероятно. Вот след пальцев на мокром камне. Сильный нажим, сорванный кусок мха. Здесь он опёрся. Дальше — пятна тёмного жара на стене. Здесь метка вспыхнула. Ещё дальше — глубокие борозды. Когти. Превращение началось не сразу. Значит, он пытался идти в человеческом облике, пока мог.

Элина представила это слишком ясно: он выходит из воды, удержав поток, выбирается в один из боковых ходов, ищет дорогу к ним, но проклятие, удар Ордена, страница, имя Каэла и драконья сила тянут тело изнутри. Он сдерживается, пока в нём ещё есть кому сдерживать.