Книга Красная метка, страница 118 – Арсений Либис

И тогда, охваченные страстью, императрица и главный евнух совершили величайшую ошибку. Госпожа Манаи схватила огромный мужской корень и направила его в сокровенную пещерку. Он наполнил ее так, что она не могла дышать. Урангон же впервые за полувековую жизнь почувствовал, как его охватила бархатная горячая глубина. Он начал двигаться и снова излился могучим дождем, оросив лоно любимой. Госпожа Манаи тоже испытала величайшее удовольствие, впервые за много лет. Когда она пускала в свой задний проход Юэя или того слугу, это не могло сравниться с тем, когда пестик оказывается в предназначенной ему ступке. Но Урангон не мог успокоиться. Он пронзал её снова и снова, а она отдавалась ему, забыв обо всём на свете. И так продолжалось, пока госпожа не лишилась чувств от сладостной усталости.

Но, как вы помните, божественный родитель Урангона не случайно превратил его корень в угря. Ведь из-за темного колдовства в нем было заключено древнее зло. И теперь, воссоединившись с Урангоном, оно отравило и его, и госпожу Манаи. Наутро Урангон с ужасом обнаружил, что его корень остался в силе. Более того, его нефритовый жезл горел неугасимым огнём, требуя всё новой и новой пищи. Урангон призвал к себе евнуха, потом еще одного. Он изливался, получая великое наслаждение, но это лишь распаляло аппетит. Он поставил на колени всех служанок в Красном Дворце, овладевая всеми по очереди. Говорят, после подобного соития ноги девушек еще долго не могли сомкнуться, а если начинал дуть ветер, их лоно, ставшее подобным огромному гроту, начинало издавать жуткие звуки. Но главному евнуху все было мало. Урангон забросил все дела, занимаясь исключительно соитием со всеми, до кого мог дотянуться, как с прислугой, так и со стражами.

Госпожа Манаи пыталась его образумить, но он не слышал её, одержимый древней похотью. Так продолжалось несколько месяцев, пока однажды утром Урангон не рухнул замертво прямо в объятиях двух молодых евнухов, с которыми только что предавался разврату. Лекари, осмотрев тело, объявили, что он умер от истощения жизненных сил: его внутренности были выжжены дотла. Во время похорон Урангона пошел сильный дождь. И многие видели, как среди облаков летает речной дракон Рюдзи. И капли дождя появлялись вовсе не из тучи, а были его горькими слезами. Госпожа Манаи тоже оплакивала своего верного друга и возлюбленного. Она объявила по нему месячный траур, будто по императору. Это вызвало недовольство и непонимание, даже у будущего императора Кэнсина. Но, помня о заслугах евнуха, он смирился с этим решением.

Древнее зло не принесло счастья и Кэнте с Юки. Они поселились в богатом районе Хофу. Однако, не умея копить и сберегать, быстро промотали великое состояние. Не прошло и нескольких лет, как Юки пришлось вернуться к своему прежнему ремеслу. Кэнта начал посещать питейные заведения, самые гнуснейшие притоны на окраине, где умер в поножовщине. Юки же отошла к Девяти источникам несколько лет спустя от непристойной болезни, полученной от одного из клиентов. Как учил Удзи, мало удачи в обретении счастья, еще нужна воля его удержать.

Но самое страшное ждало госпожу Манаи. После окончания траура она заметила, что её живот округлился. Она носила под сердцем дитя Урангона. Императрица держала это в строжайшем секрете. На последних месяцах она вовсе удалилась из Ситая под видом паломничества в надежный монастырь, предназначенный для подобных дел. В эту обитель приходили знатные женщины и там втайне рожали. Монахини же, давшие обет вечного молчания, никому не выдавали их постыдных секретов. У императрицы родилась девочка с удивительными глазами. Один был лазурного цвета, как воды великой реки, второй — красным, как пламя Тэнгуя. Госпожа Манаи не знала, что с ней делать.